Книга Пожалеешь, что изменил, страница 39 – Лу Берри

— Потому что пока не знаю, что она решит. Вчера я предложил ей подумать об аборте.

— А если она родит?

— Тогда… — Я провёл ладонью по лицу. — Не знаю. Если это единственное, что мешает тебе дать мне второй шанс, я могу пообещать, что не буду с этим ребенком общаться.

Тома посмотрела на меня так, что стало ясно — я упал в её глазах ещё ниже.

— Просто забудешь про ребёнка, которого сам и заделал?

— Я просто…

— Не надо, Родион. Ребёнок не виноват в том, что его родители оказались двумя идиотами. Если он родится, ты обязан будешь нести за него ответственность.

— Тогда что я должен сделать?

— Ничего. В том-то и дело. Здесь нет решения, которое устроит всех. Я не стану требовать, чтобы ты отказался от своего ребёнка. Но и сама не стану жить в браке, где у моего мужа есть на стороне ребёнок от женщины, с которой он мне изменял. Не хочу годами наблюдать, как ты ездишь к Ольге, потому что там твой сын или дочь. Не хочу учитывать её и этого ребёнка в наших планах, праздниках, деньгах, отпусках и вообще во всей дальнейшей жизни. Не хочу каждый раз вспоминать, откуда этот ребёнок взялся. Это не его вина. Но и не моя.

Я молчал.

И именно сейчас окончательно понял, что никакого правильного решения и в самом деле не существует.

Не существует выхода из этой ситуации, потому что это — тупик, куда я загнал себя самостоятельно.

— Ольгу можно выставить из квартиры, — продолжила Тома. — Можно перестать с ней спать. Можно её не любить, хотя, как выяснилось, ты и раньше не особенно утруждал себя этим чувством. Но если ребёнок родится, последствия твоей измены останутся с нами навсегда. А я не хочу превращать их в часть своей жизни.

— Значит, всё?

Она смотрела на меня очень долго.

— На данный момент — да. Я к тебе не вернусь. Не потому, что хочу тебя наказать, и не потому, что мне нравится смотреть, как ты сейчас мучаешься. Я просто больше не хочу жить так, как жила. Слишком много лет я выбирала тебя, твои желания, твои планы, твоё удобство. Теперь я выбираю себя. И сейчас в этой новой жизни тебе места нет.

Вот оно.

Спокойное, окончательное «нет», которого я боялся больше всего.

Я смотрел на неё, чувствуя, как что-то внутри медленно проваливается в пустоту.

— А мальчишки?

— Мальчишки здесь вообще ни при чём. Ты их отец. И если действительно хочешь оставаться полноценной частью их жизни, я буду только рада. Но теперь давай без привычного «Тома разберётся». Школа, врачи, секции, выходные, каникулы — это не моя работа, в которой ты иногда мне помогаешь. Это наши общие дети. Хочешь быть хорошим отцом — будь им. Не рассказывай мне, как тебе дорога семья, а доказывай это сыновьям своими поступками.

— Буду, — произнёс я тихо. — Обещаю.

— Хорошо. Им ты ещё можешь многое дать.

Им.

Не мне. Не нам.

Всего несколько слов окончательно расставили всё по местам. Для Томы мы с ней закончились. Остались только мальчишки и возможность теперь быть рядом с ними не тогда, когда позволяли работа и прочие дела, а по-настоящему делить с Томой всё, что касалось их жизни.

Я поднялся, но уйти сразу не смог.

— Я всё равно люблю тебя.

— Не надо, — тихо проговорила Тома.

Я задержал на ней взгляд и не смог удержаться от того, чтобы спросить…

— А ты меня?.. Хоть немного?..

Её взгляд на мгновение стал таким острым, что мне показалось, будто она увидела всё то, что я пытался спрятать даже от самого себя.