Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 24 – Полина Раевская

Замерев, подумываю каким-нибудь чудом достать кофту из набитого под завязку чемодана, а то пока дойду до такси, околею, но не успеваю рискнуть, как на озябшие плечи опускается что-то теплое, а в нос ударяет уже отпечатавшийся где-то на подкорке размашистым «мой вкусный мужлан», терпкий запах, от которого меня сразу же бросает в дрожь. Чувствую широкие, горячие ладони и едва сдерживаюсь, чтобы не расплыться, как идиотка, в довольной улыбке от мысли, что он не смог отпустить. Догнал, позаботился, сделал шаг.

Прикусив губу-предательницу, так и норовящую поплыть, как, собственно, и я по асфальту, напускаю на лицо ехидства. Ну, а что? Мальчик думал, будет меня игнорить и ему ничего за это не будет? Нет, дорогуша.

Холодно приподнимаю бровь, сталкиваясь с хмурым взглядом, и собираюсь уже что-нибудь съязвить, но Тимур коротко бросает:

— Застегнись.

От давящей, безапелляционной интонации у меня разве, что челюсть не падает. Хочу спросить: «А ты, случаем, не попутал, дружок?!», однако, заметив острый взгляд, быстро брошенный на мои призывно торчащие от холода соски, едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться. Оказывается, это бывает приятно, когда проявляют собственнические замашки.

— Какой заботливый, — мурчу насмешливо, вдевая руки в рукава, и с игривой медлительностью застегиваю молнию, глядя в черные, загорающиеся опасным огнем глаза. — Так больше нравится?

Тимур, хмыкнув, забирает у меня чемодан и, ничего не говоря, идет в сторону выхода на парковку. Улыбнувшись, иду следом, сунув руки в карманы олимпийки. Дрожа уже не столько от холодных порывов ветра, сколько от предвкушения и необъяснимой радости.

— Такси на два адреса или…? — тяну вопросительно, достав мобильник из сумочки, когда мы выходим на парковку.

— Меня заберут, — сообщает Тимур сухо и, поставив передо мной мой чемодан, тоже достает телефон. Он что-то быстро печатает, а я несколько секунд жду предложения подвезти, но его не поступает.

Что ж, ладно, у меня так-то тоже дела, хотя все равно слегка досадно, особенно, когда приложение показывает, что такси, как раз, на парковке вокзала, и ждать не придется.

— Такси уже здесь, — объявляю, берясь за ручку чемодана, и киваю в сторону припаркованной неподалеку машины. Тимур отвлекается от переписки и, поправив ремень спортивной сумки на плече, смотрит в указанном направлении, а потом куда-то в сторону въезда на парковку, где у шлагбаума замерла серебристая хонда.

— Дойдешь сама или проводить? — спрашивает торопливо, продолжая поглядывать на въезд.

— Да уж как-нибудь справлюсь, — поняв, что мыслями Тимурка уже явно где-то не здесь, парирую недовольно. Спрашивается, зачем провожал, если всю дорогу делал вид, что я ему в тягость?! Раздраженно берусь за язычок собачки, вспомнив, что надо вернуть олимпийку, но не успеваю расстегнуть, как слышу очередное повелительное:

— Оставь.

Вздергиваю недоуменно бровь. Это знак, что знакомство продолжится или…

— Не хочу, чтобы водила пялился.

Ах, ну да, мы же собственники.

— Меня должно это волновать? — дразняще расстегиваю молнию до конца, едва сдерживая дрожь от мгновенно окутавшего тело холода.

Тимур окидывает меня оценивающим взглядом и, усмехнувшись краешком губ, подходит почти вплотную.

— Не должно, — тянет хриплым шепотом, — но волнует ведь.