Книга Мастер теней и его пленница, страница 93 – Эла Завейская

— Ты мне должна, — говорит он, прижавшись губами к моей ладони.

— Целый долг. Я помню.

— Ещё «потом». Имя.

— «Потом» ещё впереди.

— Наступит. — Он прикусывает мне палец. — Я терпелив.

— Ты? Ты сбежал от лекарей босиком.

— До рассвета я терпел.

Я смеюсь, уткнувшись лицом ему в волосы. Под рёбрами у меня его сердце бьётся ровно.

В щель окна влетает искра.

Она проносится над жаровней, садится на стол, туда, где утром лежали мои ключи, и разворачивается в лист. Внизу листа темнеет печать.

Тени Дэвиана вскидываются. Он ссаживает меня с колен, подходит к столу и читает, заложив руки за спину.

— Тёмный Двор, — говорит он. — Риодан созывает Зиму, Тьму и Подземье на общий совет. Завтра в полдень, у Слезы.

— Подземье тоже?

— Подземье ответило «да».

Он стоит у стола долго. Свет жаровни ложится ему на скулу, на рубец в вороте, тонкий и светлый. Потом он поворачивается ко мне. Тени у него на плечах горят золотом, и в черноте его глаз золото тоже.

— Завтра при всех, — говорит он, — я сделаю то, чего Мастер Теней ещё ни разу не делал.

Ева

Мастер Теней стоит передо мной на коленях при трёх Дворах, и только Каспиан в зале смеётся.

Он хохочет на скамье у стены, держится за перевязанный бок, охает и хохочет снова. Розалин бьёт его локтем в здоровый бок. Каспиан утирает глаза.

— Триста лет, — выдавливает он. — Триста лет я ждал этого дня. Рози, запоминай. Будешь рассказывать детям.

Розалин краснеет до ушей и снова бьёт его.

Остальной зал молчит.

Минуту назад Риодан, Тёмный Король, открыл совет одной фразой: «Три Двора собрались говорить о войне». Дэвиан шагнул из-за моего плеча и попросил слова первым. Вышел на середину зала, к Слезе, повернулся ко мне и опустился на колени на лёд.

Теперь на него смотрят все. Зима за длинным столом: Кайрен во главе, Лира у его плеча, старейшины и пустые кресла. Тьма у окна: Риодан и его воины в чёрном. Подземье у Слезы: Дайрон в короне из чёрного металла и Киррас рядом с ним. Корона из теней шевелится у неё над косами, ворот глухой. Моррис сидит на ступенях под прозрачным постаментом и грызёт яблоко.

Платье на мне из тёмно-зелёной шерсти. Зимнюю ткань я утром сложила в сундук. Обычная шерсть не изменит цвета, что бы ни вытворяли тени у моих ног.

— Я, Мастер Теней Зимнего Двора, — говорит Дэвиан, и голос его слышен во всём зале, — при Зиме, при Тьме и при Подземье называю себя пленником Евы с Земли. Мои тени — её. Я — её. Ключи она вчера бросила в Слезу. Значит, это навсегда.

Тени стекают с его плеч, ползут по льду и ложатся мне на сапоги. Золото в них горит.

Дайрон поднимает бровь.

— Клятвы фэйри я люблю, — говорит он. — Эта — лучшая из всех, что я слышал.

Киррас стоит рядом со мной. Она наклоняет голову к моему плечу.

— Всё, землячка, — говорит она тихо, по-нашему. — Теперь он твой с потрохами.

Мне жарко до самых ушей.

Кайрен смотрит на своего Мастера из-за стола.

— Мастер служит Зиме, — говорит он.

— Служу, мой король. Из плена.

— Тогда пусть пленник приходит с докладом вовремя.

Лира смеётся в рукав. Каспиан снова сгибается пополам.

Я подхожу к Дэвиану. Он стоит на коленях и смотрит на меня снизу вверх, и в черноте его глаз золото. Я беру его за подбородок. Кожа у него прохладная, пальцы у меня горячие.

— Встань, пленник.