Книга Мастер теней и его пленница, страница 76 – Эла Завейская

— Они ждут, — говорит король.

— Их наняли стоять, — говорю я.

В полдень Ева сказала мне: гребень у Морвен. Я передал это королю. Король ответил: «Уйду с границы — они пойдут». Я остался.

Теперь через связь ко мне приходит железо.

Мои тени у её щиколоток гаснут разом. У её двери железо, в Зимнем Дворе, где железо запрещено.

Потом приходит её страх, чужая хватка на её запястье, чужая кровь у неё на пальцах. Её голос у меня в голове: «Вариус. Его выпустила Морвен. Меня несут к Слезе».

Сотни мятежников стоят на нашем берегу, потому что им заплатили за то, чтобы напротив них стоял я.

— Это приманка, — говорю я королю. — Удар у Слезы.

Кайрен коротко смотрит на меня.

— Иди.

Иней прыгает раньше, чем я разворачиваю коня. Ветка ползёт вниз по рёбрам. Дыхание у меня рвётся.

Морвен отняла сосуд у Мастера. Клятва велит мне вернуть Еву к Чаше, а к Чаше её несёт чужая рука. Каждая ступень, по которой её несут, ложится мне на грудь новой веткой инея.

В Долгую ночь от границы до Двора темнота лежит сплошь. Огни погашены в каждой деревне, в каждой сторожке, на каждом посту. Я ухожу в тень под копытами коня и выхожу из тени у придорожного камня севернее, и снова, и снова. С каждым переходом сквозь тень у меня перехватывает дыхание, а иней расползается по рубцу ещё на одну ветку.

«Говори со мной», — прошу я.

«Меня несут вниз по ступеням. Им нет конца».

«Говори со мной».

«Всё ещё вниз. Здесь холодно. Ты где?»

«Иду».

«Тебе больно».

«Тебе страшно».

«Да».

«Да».

Её страх у меня под рёбрами. Мой иней у неё под ключицей.

Я выхожу из тени на перевале. Внизу, в долине, стоит тёмный Двор. Ни одного огня.

Иней останавливается совсем близко к сердцу.

До полуночи два часа.

* * *

Ева

Меня ставят на ноги.

Под туфлями лёд. Холод идёт через подошвы в пятки. Перчатку с моего рта убирают.

Это зал Совета, я узнаю его по холоду и по эху. Впереди, в темноте, светится Слеза. Она стоит на ледяном постаменте, и свет у неё голубой и идёт изнутри. Его хватает только на постамент и на лёд у подножия. За колоннами темно.

Вариус держит меня за локоть левой рукой. С правой у него капает кровь. Капли падают на лёд и чернеют.

Светлые отступают в темноту. Их шаги стихают у стен.

У постамента стоит женщина в тёмном плаще с капюшоном. Свет Слезы ложится ей на руки. Запястья у неё узкие. Из-под плаща выглядывает серебряный рукав с морозной вышивкой.

Она поднимает руки и откидывает капюшон.

Коса уложена короной.

— Здравствуй, Авелин, — говорит Морвен.

Ева

Леди Морвен трижды называет моё истинное имя, но даже после третьего раза не теряю власти над собой.

Сначала «Авелин» звучит ласково. Этим голосом Морвен у ворот сказала мне «Живая» и тронула гребень у меня в волосах. Имя входит под ключицу холодом. Холод тут же уходит глубже, в рёбра, к второму сердцу, и там делится надвое.

Морвен делает шаг ко мне и говорит тише:

— Авелин.

Пальцы у меня леденеют до ногтей. Колени на миг подгибаются. Второе сердце под рёбрами сбивается, и чужой холод, пахнущий хвоей, словно оттягивает на себя часть моего оцепенения.

«Она зовёт тебя», — говорит Дэвиан. «Я слышу её у себя в груди».

«Пусть зовёт. Её голос мне надоел ещё на суде».

В последний раз Морвен говорит в полный голос. Эхо подхватывает имя и несёт его от колонны к колонне, из темноты, со всех сторон.