Книга Пламя греха, страница 172 – Лаура Пеллегрини

— Почему ты мне никогда не говорила? — его голос хриплый от мучений и беспокойства.

— Нечего было говорить.

— Бл*дь, я мог бы что-то сделать, — начинает злиться он.

Я смотрю на него оцепенелым взглядом. Я больше не испытываю ни малейших чувств к отцу; он проглотил все.

— Ты был всего лишь ребёнком, и отец бы продолжил делать, как ему заблагорассудится.

— Я мог рассказать своему отцу!

— Дядя знал, ты сам так сказал. В Америку он отправил нас в качестве наказания. Жаль, что дядя не обеспечил отдельным жильём меня и маму.

Я вижу, как Дамиано сглатывает.

— Ви…

Я снова смотрю на Венеру, которая сияет ярче всех звёзд на небе, и вспоминаю, как дядя учил меня отличать планету от звезды. Я всегда любила дядю, несмотря на то, кем он был, несмотря на то, что он не смог меня защитить.

— Она не блестит, видишь? — шепчу я, прислоняясь головой к пластику иллюминатора, и слеза медленно катится по моей щеке.

— Что?

— Венера.

Краем глаза вижу, как Дамиано смотрит на тёмное небо.

— Если не блестит, это планета. Звёзды сверкают. Этому меня научил твой отец. Знаешь, я всегда тебе завидовала, — признаюсь я, не глядя на него. — Дядя всегда умел подарить мне ласку или улыбку. Не было лучшего места для засыпания, чем в его объятиях. — Я улыбаюсь, вспоминая долгие ужины в саду, мои руки, протянутые к нему, и его милую улыбку, когда он сажал меня к себе на колени, чтобы я заснула под звуки его голоса.

— Ты была ему как дочь.

Я киваю, ещё одна слеза скатывается по моему лицу.

— Ты даже не сказал мне, когда он умер. Даже тогда меня незаслуженно изгнали.

— Я позвонил твоему отцу, Ви. — Мой взгляд ищет его глаза. — Он сказал, что вы с матерью не выдержите такого долгого путешествия.

— Скажи, что это неправда… — шепчу я.

Дамиано опускает взгляд, а затем берёт меня за руку и обхватывает её своими ладонями.

— Я всё улажу, обещаю, — говорит он.

— А ты умеешь обратить даже время, чтобы вернуть меня назад? — шепчу я, сдавленным от слёз голосом. Он качает головой, наклоняется и целует тыльную сторону моей ладони. — Знаешь, что самое страшное во всём этом? То, что моим убежищем всегда были вы, а не он, не мой отец. Сначала был дядя, потом появился ты, но так не должно быть, правда?

— Ви…

Дамиано нежно тянет меня за руку ближе к себе, и я потакаю. Я встаю, пересаживаюсь к нему на колени и в его крепких объятиях прижимаю голову к его плечу. Нос прячу ему в шею, пальцами провожу сквозь его волосы, слушая его успокаивающее дыхание.

— Я заставлю его заплатить, клянусь жизнью, — говорит Дамиано. — Никто не имеет права тебя трогать. — Он ласково проводит по моей спине, отводя прядь волос. — Клянусь, Ви.

Я наклоняюсь к нему ближе.

— Нет смысла, он уже получил своё наказание, — шепчу я.

— Какое наказание?

Я выпрямляю спину и смотрю на него.

— Иметь такую дочь, как я.

Мы долго молчим, и мне на ум приходят старые воспоминания о нас, когда мы были детьми, — строгий взгляд отца, устремлённый на меня, пока я смеялась. Казалось, он всегда был недоволен моим счастьем. Я знала, что в недалёком будущем предъявлю ему счёт, но я и подумать не могла, что он объявит войну Греко.

— Я провела небольшое расследование, — признаюсь я, снова переводя взгляд на Венеру. Я касаюсь пальцем иллюминатора и делаю глубокий вдох. — Я знала, где искать, всегда знала, но… Теперь, когда он бросил тебе вызов, всё изменилось.