Книга Пламя греха, страница 166 – Лаура Пеллегрини

— А кто сказал, что если они придут за тобой, следующими будем мы? — Франческо встаёт, наступает на меня, я позволяю ему до того момента, пока не хватаю его за горло и не отталкиваю от себя на шаг.

— Я думал, ты умнее, Франческо. Почему ты не понимаешь, что они охотятся не за мной или Анджелой, а за всеми вместе? Почему ты такой идиот? — Я вижу, как Джузеппе спокойно встаёт и тянется к брату, поэтому отпускаю Франческо, слегка толкнув его.

— Он прав, — признаёт Джузеппе. — Если Греко падут, падём и мы все. Остаётся только заключить союз.

— Никогда в истории не случалось такой херни, — бормочет Микеле, тоже вставая.

— Никогда в истории не осмеливались угрожать четырём самым могущественным семьям, — подчёркивает Анджела.

— Ты хоть представляешь, кто это может быть? — спрашивает Джузеппе.

— Вито был в Квинсе, так что я предполагаю, это кто-то недалеко от Нью-Йорка, — вмешивается Габриэль, подходя ближе.

— В Нью-Йорке нет никого, кто мог бы… — говорю я, но слова застревают у меня в горле. Я обращаю взгляд на Анджелу, в ответ она смотрит на меня очень серьёзно, затем поворачиваюсь к Людовике. У меня мгновенно пересыхает во рту, когда пытаюсь собраться с мыслями. — Нет, это не… Это не… — Одной рукой опираюсь на спинку стула, чувствуя, как глубоко в моей груди что-то рушится. Я вижу, как Людовика тоже встаёт, прикладывая руки к груди. Её лицо бледное, щёки залиты слезами. Она стоит неподвижно напротив нас за столом, и мы все поворачиваемся, чтобы посмотреть на неё. — Это… невозможно… — повторяю я.

Я качаю головой, чувствуя непреодолимое желание сесть, когда меня мгновенно захлёстывает лавина мыслей и воспоминаний, вызывая головокружение. Как я мог быть таким идиотом?!

Удерживаюсь за спинку стула, пока моё сердце разбивается на куски. Людовика что-то бормочет, резко разворачивается и пытается уйти, но путь ей преграждает Морган.

Как я мог быть таким слепцом?

— Отпусти меня, чёрт возьми! — кричит она.

Морган встаёт передо мной, удерживая Людовику в крепких объятиях. Её щёки снова мокрые от слёз.

— Ты… Ты… Ты… — Я сглатываю желчь. Даже не могу это произнести, твою мать! — Куда ты собралась, Ви? — Она открывает рот, чтобы заговорить, но слова замирают у неё в горле. — Ты… предала меня, Ви? — спрашиваю шёпотом, потому что мой голос растворился в поглощённом болью теле.

Широко распахнув глаза, Ви качает головой.

— Это было всего лишь электронное письмо… Я ответила из вежливости…

— Электронное письмо… — Я сажусь, наливаю шампанское в бокал и выпиваю залпом. — Электронное письмо… — Гнев сменяет боль. Он согревает меня до костей.

— Электронное письмо… Грёбаное электронное письмо! — выпаливаю я, ударяя рукой по столу.

— Н-нет! Это было… — Она кашляет, наклоняется вперёд, но Морган снова выпрямляет её прямо у меня на глазах.

— Дамиано, ты не хочешь объяснить? — спрашивает Анджела, но я не отвечаю.

— Это б-было всего лишь рабочее письмо… Я не думала, что они меня отследят… — запинается Людовика, её руки всё ещё лежат на груди, словно она держит сердце. — Да-Дамиано… — стонет она, опускается на колени передо мной, прижимает лоб к моему колену, и я чуть не умираю.

— Ви, — зову я, пытаясь изменить тембр голоса, — о каком письме ты говоришь?

Двумя пальцами подхватываю её подбородок, заставляя посмотреть на меня.