Книга Теодор Бун расследует: Обвиняемые, страница 36 – Джон Гришэм

Вуди и Бакстер катались по кафельному полу и царапались, как два кота.

Подпевалой Бакстера был коротышка по имени Грифф, который прекрасно знал то, что и остальные: через несколько секунд Вуди придавит Бакстера к полу и начнет обрабатывать его физиономию. Желая защитить дружка, Грифф выкрикнул какой-то глупейший боевой клич и прыгнул на спину Вуди. Тео и остальные даже рты приоткрыли от удивления.

Драка обычно вела к отстранению от занятий — на этот счет школьные правила были предельно ясны, да и учителя всячески подчеркивали недопустимость физических расправ. Наказание, назначаемое миссис Глэдвелл, зависело от обстоятельств. Потасовка на игровой площадке приводила к одному дню отстранения и трем часам отсидки в комнате для самостоятельных занятий. Полноценная драка на кулачках с расквашенными носами и разбитыми губами могла привести к отстранению на три дня, запрещению участвовать во внешкольных мероприятиях и месяцу испытательного срока.

Тео драчуном не был. Последняя стычка приключилась у него в четвертом классе, когда они с Уолтером Норрисом затеяли ожесточенное состязание по реслингу в городском бассейне. Но сейчас, в оцепенении глядя на настоящую драку у своих ног, он испытывал нестерпимое желание вмешаться. Его друг Вуди дрался, вступившись за его, Тео, доброе имя; минимум, что можно сделать, — это прийти Вуди на помощь. Отстранение от занятий — еще не конец света. Родители посердятся и успокоятся. Что сказала мать? Она учила давать сдачи. Навязывай бой. Сказала, что правый не отступает.

А Айк будет только гордиться племянником — нормальный мальчишка, в кои-то веки подрался.

Тео бросил рюкзак, закричал что-то, непонятное даже ему самому, и кинулся на кучу-малу.

По одну сторону стола сидели Бакстер с Гриффом, по другую — Вуди и Тео, в упор глядя друг на друга. Напряжение медленно уходило. Бакстер прижимал к лицу пакет со льдом; его левый глаз заплыл и закрылся. Вуди втайне гордился, подавляя улыбку: при перспективе отстранения от занятий и родительского гнева улыбаться недопустимо. На лицах Гриффа и Вуди повреждений не было, зато у Тео распухла разбитая нижняя губа — он промокал кровь салфеткой. Более серьезной травмой можно было считать последствия удара в голову — Тео получил ботинком не то от Бакстера, не то от Гриффа, когда оказался внизу свалки, но об этом он умолчал.

Во главе стола сидел учитель Маунт. Он возмущенно растащил дерущихся и отвел в маленький читальный зал посидеть и остыть. Дыхание мальчиков выравнивалось, сердца бились медленнее. Ничто так не ускоряет пульс, как хорошая драка.

— Что произошло? — спросил наконец Маунт.

Все четверо уставились в стол.

— Это как-то связано со сплетней о том, что Тео вчера арестовали? — спросил учитель, глядя прямо на Тео, который старательно изучал столешницу.

Маунт знал, что Вуди — горячая головушка, Бакстер жить не может без неприятностей, а Грифф ходит за Бакстером, как щенок. Учитель никогда бы не поверил, что драку затеял Тео, но Маунт тоже когдато был мальчишкой и все понял. Наверняка Бакстер и Грифф цеплялись к Тео, а Вуди встал на защиту друга.

За дверью раздались голоса.

— Кажется, пришла миссис Глэдвелл, — сказал Маунт. — Не хотел бы я оказаться на вашем месте.

Он встал и вышел из комнаты. Едва за учителем закрылась дверь, Вуди хрипло произнес: — Никто не доносит, ясно? Я не шучу. Никто чтоб не стукнул. Ни слова!