Когда Джэи проснулась, она собиралась только пописать, но в итоге еще и покакала, поэтому ее пришлось выкупать, а заодно и почистить зубы. Затем за завтраком, который состоял из йогурта, клубники и нескольких ложек хлопьев, она продолжила начатую вчера историю.
— Кажется, Соён думала, что меня может убить мама. А я была одержима мыслью, что убийцей окажется инструктор по плаванию. Но в итоге…
Услышав фразу «меня может убить мама», Ынхе с отвращением фыркнула.
— …это оказалась мама.
В тот момент, когда Джэи назвала Ынхе монстром, на ее мобильный пришло сообщение от Санхуна:
Ким Ынхе из младшей школы Вондан, верно?
То же самое сообщение Ынхе получила и во второй жизни Джэи.
— Дочка, нельзя такое говорить. Ты же моя плоть и кровь… Как мама может тебя убить?.. Это невозможно. Даже когда мне хочется все бросить, я живу только ради тебя! Как я могу пойти на подобное… – всхлипнула Ынхе.
Она раскинула руки так, словно в одной из них держала нож, который только что вонзила в грудь своей дочери. Джэи посмотрела на маму, и ее глаза на мгновение увлажнились. Возможно, слова о том, что она была единственной надеждой в жизни, где хочется все бросить, прозвучали бы лучше. Но фраза «Даже когда мне хочется все бросить, я живу только ради тебя» казалась даже не лезвием ножа, а тупым оружием, вроде его тыльной стороны. Каждый раз, когда Ынхе натыкалась на защитное ограждение или пересекала двойную сплошную, она гнала машину вперед, оправдываясь, что это ради Джэи, а не для нее самой. Уж лучше бы она вообще не сажала дочь в автомобиль.
— Это не было предумышленным убийством, простая авария. Так что не грусти слишком сильно, – солгала Джэи, как и в других своих жизнях.
На самом деле ответственность за ее смерть лежала на Санхуне и Ынхе. В тот день, когда Джэи приехала в бассейн, чтобы сказать инструктору, что ей надоело заниматься плаванием, она утонула. Никакого монстра, который пытал бы ее водой до смерти, не появилось. Ребята, пришедшие в бассейн первыми, свободно плавали на дорожках. Ынхе надела купальник на Джэи и ушла, сказав, что ей нужно о чем-то поговорить с другом.
— Сон Джэи, я могу плыть и без доски. Хочешь посмотреть? – крикнул девочке ровесник.
Он отпустил доску для плавания и проплыл примерно пять метров, загребая руками.
— Это и я могу.
В Джэи проснулось чувство соперничества, когда она увидела, что худший пловец в их группе может плыть без доски. Ей показалось, что она сможет даже намного лучше, если будет делать в точности, как их учили. Но она боялась, что кто-то – мама или инструктор, – оказавшись рядом, может в любой момент превратиться в монстра.
— Тогда и ты иди сюда, – позвал ровесник.
Джэи огляделась по сторонам. Группа пожилых людей, у которых только что закончилось занятие аквааэробики, направлялась в душевые. Женщина-инструктор средних лет в закрытом купальнике последовала за ними, убрав с пола поясные ремни и балансировочные кольца, которыми те пользовались во время занятия. Джэи подняла голову и взглянула на комнату наблюдения. Ынхе и инструктор стояли, скрестив руки на груди, и с мрачными лицами о чем-то разговаривали.
— Уж тебя-то я точно уделаю.
Увидев, что главные подозреваемые сейчас далеко, Джэи наконец почувствовала облегчение. Она храбро вошла в бассейн. Положив обе руки на доску для плавания и оттолкнувшись ногами, она почувствовала, как ее тело двинулось вперед. Джэи отпустила доску и начала грести руками. Вдох-выдох. О дыхании она тоже не забывала. Если бы не подозрительные предвестия, она бы и дальше с радостью ходила в бассейн. Ей было жаль, что приходилось бросать его. Вдох-выдох, вдох-вдох-выдох, вдох-выдох-выдох. Ритм ее дыхания нарушился. С каждым вдохом в горло попадала вода. Тело начало тонуть, и удары ногами стали скорее попытками сопротивления, необходимыми для выживания, чем движущей силой для рывков вперед. Дети на другой дорожке закричали. Джэи взмахнула руками и на мгновение высунула голову из воды. В этот краткий миг она увидела Ынхе с короткой стрижкой и пожилого инструктора по плаванию, которые уставились на Джэи, прижавшись лбами к стеклянному окну комнаты наблюдения. На их лицах не было ни удивления, ни страха. Они выглядели как люди, которые согласовывали дни недели и время занятий перед подписанием договора на обучение, но вдруг отвлеклись на что-то занимательное. Оба просто безучастно наблюдали, как Джэи тонет. Когда девочка снова высунула голову из воды, Ынхе с короткой стрижкой показала пальцами цифру пять, которая означала оставшееся число реинкарнаций. На этот раз монстром оказалась Ынхе, мама Джэи.
