Онлайн книга «Госпожа Сим – киллер»
|
Двадцать два года назад я оказалась в подземном переходе, кишащем, как личинками мух, нищими. И все из-за отца. Он за полтора дня проиграл два живописных могильных холма нашей семьи и виноградник, с которого уже можно было снимать созревшие грозди. Он продувал игру за игрой и даже мочился в штаны: так сильно жаждал взять реванш, что не мог остановиться и встать из-за стола. Он играл с какими-то проходимцами. И вскоре уже лишился и дома, и оставшегося клочка земли, и даже обеих своих дочерей в самом расцвете юности. Он полностью увяз в ловушке, расставленной теми людьми. — Теперь я понимаю, что эти мошенники заранее все спланировали. Но тогда я ничего не подозревал, – причитал отец. Все прошло без сучка без задоринки. Один из мошенников, который следил, чтобы наша семья вдруг не сбежала посреди ночи, разбудил нас с сестрой на рассвете и затолкал в джип, покрытый белесой пылью. Мама босиком выскочила за нами, вся в слезах. Отец, до этого только бессильно топавший ногами, рухнул на колени перед мужчиной, уже заводившим мотор. Мужчина в охотничьей шапке с пушистым звериным хвостом только фыркнул: — Не устраивай цирк! Переведи двадцать миллионов вон на счет, который я тебе записал, и я верну твоих девочек. Не беси меня, а то хуже будет. И перестань делать вид, будто я совершаю преступление! Нас отвезли в дешевую гостиницу в центре города. Двое мужчин, видимо подельники того мошенника, пили пиво и пересчитывали деньги – те самые, изъятые у отца. Мы с сестрой, без обуви, в одних ночных рубашках, стояли на коленях на расстеленном покрывале. Тот, кто нас привез, был самым старшим в этой компании, скорее всего ровесник нашего отца. Остальным двум мужчинам на вид было около сорока. Эти трое заказали китайской еды и пива, и, хихикая, ели, пили и всю ночь напролет играли в карты. Ругань и пачки денег летали туда-сюда. Им было плевать, плачем мы или нет, они играли в хватху и обменивались какими-то непонятными словами: «сэрюк», «чанса», «кабо». На следующий день наши родители повесились на стропилах под крышей. Мой отец, проигравший в карты все состояние и оставивший дочерей в залог, и мать – наивная деревенщина без родных и близких – не видели смысла жить дальше. Картежник, который пришел к нам домой взыскать с отца долг, при виде родителей, болтающихся под крышей, как сушеная хурма в осенний день, не на шутку испугался и поспешил удрать. Его помощник, оставшийся следить за нами в гостинице, проклиная все и вся из-за своей раскалывающейся башки, собрал вещи в перекрашенный военный рюкзак и затолкал нас с сестрой в машину. — Дуры, что вы тут сопли развели?! А ну заткнитесь! Будете реветь, как сирены, я взбешусь. А вы себе и представить не можете, что будет, если я взбешусь! Пока мужчина вел машину, мы с сестрой, уткнувшись в рукава, тихо всхлипывали и негодовали на родителей, сперва бросивших нас, а затем поспешивших покинуть этот мир. Мы ехали по извилистой дороге. Около полудня мужчина остановил машину перед тихим сельским магазином и пошел купить перекус. Последние сутки мы ничего не ели и столько плакали, что у меня уже кружилась голова, а к горлу подступала тошнота. Глядя, как мужчина расплачивается на кассе и с аппетитом ест булку, я склонила голову на плечо сестры. Я услышала булькающий звук. Пить в машине было нечего, но моя сестра что-то ритмично сглатывала. Я протерла глаза, подняла голову и посмотрела на сестру. По ее бледному лицу с обоих уголков рта скатывались ярко-красные капли крови. |