Книга Венец из волчьих ягод, страница 233 – D. Scriptor

— Легионерши. Иногда королева. Разве это имеет значение сейчас? — я слышала, как Варасса поджал губы и фыркнул, словно считал все это абсолютным пустяком. — Я ценю твою заботу, но я не приму жалость.

— Мужчина, — раздраженно проворчала я, прижавшись губами к израненной спине. Принц шумно выдохнул. — Это не жалость, глупый. Это сожаление. О том, что меня не было рядом, когда…

Я затихла, а руна на моем плече отозвалась болью. Связанные, нареченные. Как странно осознавать, что мужчина, лежащий рядом, уготовлен мне самими богами. Я верила и не отвергала, но я не могла смириться, пока нет. У королевы Эголлы не может быть любимого человека, ведь тогда он будет обречен на страдания. Ни для кого не секрет, что на короля Мэриала много раз покушались наемники и фанатичные культы, желающие свергнуть власть или просто насолить Каланте.

И я до сих пор любила Асена, этого не изменят даже боги.

— Прости, — прошептала я, оставив теплый поцелуй на задней стороне шеи Варассы, там, где раньше было рабское клеймо. — Теперь ты ранен не только в спину, — я грустно хмыкнула, и Вар перевернулся, коснувшись своей искусанной груди. Алые соски топорщились вверх, отчего захотелось снова сгореть.

— Я бы хотел, чтобы мое тело покрывали твои поцелуи, а не эти шрамы, — прошептал Варасса, потянувшись рукой к моему лицу. Я подставила щеку под его касания, взобравшись на него верхом.

— Какое бесстыдное желание, — я широко ухмыльнулась, нагнувшись к нему. Вар нежно улыбнулся, заправив прядь выбившихся волос мне за ухо.

— Мое самое сокровенное, — ответил он, а наши руны вспыхнули белым светом. Я понятия не имела, что на это влияет. Нетрудно догадаться, что это не было рабской меткой. — Могу я?.. — Варасса опустил глаза на мои губы и сглотнул, залившись румянцем.

— Больше не спрашивай разрешения, — я впилась в его рот поцелуем, глубоким, пламенным. Вар издал сиплый стон, обняв меня так, чтобы я полностью легла на него. Боги, боги, я должна все это прекратить. Должна уйти, должна…

Моя обнаженная грудь прижималась к его, и я чувствовала внутри себя эхо его дыхания. Мы льнули друг другу ближе, желая слиться телами и душами. Связь нареченных ощущалась так, словно две части одного сердца, наконец, обрели друг друга спустя века тяжелых поисков. Слияние было подобно взрыву, рождению новой звезды.

Мы вновь желали друг друга. Я ощутила, как внизу живота скрутился узел, услышала, как сбилось дыхание Вара. Нельзя, я поклялась себе забыть все сегодня же. Я с хлюпаньем разорвала поцелуй, чуть отстранившись. Варасса смотрел на меня помутневшими от любви глазами, и, клянусь богами, этот взгляд был самым прекрасным из всех, которыми на меня смотрели.

— Я обещана другому мужчине. В Красногорье у меня остался жених, — признание слетело с моих губ подобно стреле. — Он был повержен магом, и уже три года спит проклятым сном. Но я знаю, что однажды он проснется, и тогда… тогда мы снова будем вместе. Прости меня, Вар. Все эти сказки о нареченных только сказки, и они никогда не станут моей реальностью.

— Ты говоришь все это, потому что собираешься уйти? — принц ослабил объятия, и его губы искривились от боли.

— Да. Я уйду. И все, что произошло вчера и этим утром, должно забыться, — ровно произнесла я, с удивлением понимая, что моя холодная маска удобно легла обратно на лицо. — Я предупреждала об этом и не хочу нести ответственность за то, что ты, возможно, чувствуешь. Я больше не желаю с тобой видеться и говорить. Так будет лучше.