Книга Венец из волчьих ягод, страница 218 – D. Scriptor

— Послушай, — я вернулась к нему, взяв за руки. — Тебе это все не нужно, — мягко произнесла я, большими пальцами гладя его костяшки. Варасса оскалился. — Ты не знаешь меня, не знаешь, на что я способна. Я очень жестока, расчетлива, холодна. У Волчьей Княжны нет сердца, — с горечью напомнила я, но принц перехватил мои ладони, прижав их к своим губам. Я вздрогнула.

— Я видел тех, у кого нет сердца. Я знаю, как выглядит жестокость, — он целовал мои пальцы, глядя на меня из-под опущенных ресниц.

— Не надо, — я покачала головой, и принц болезненно скривился. Злился на мое упрямство, не понимал. — Когда узнаешь обо мне все, сам не посмотришь на меня больше, — прошептала я. Варасса мотнул головой.

— Нет. Ничто не отвернет меня от вас. Расскажите, — попросил он без особой надежды, и я горько усмехнулась.

— Не сегодня. Не сейчас, — я шагнула назад, и Вар последовал за мной, не отпуская моих рук.

Мы вышли из воды, и прохлада пещеры оцарапала кожу. Я поежилась, мечтая как можно скорее оказаться в теплой спальне, развести очаг… прижаться к Варассе и не отпускать его до самого утра. Связаны.

Все это чушь. Старые сказки, чья-то злая шутка. Я не верила в это. Я не желала верить. Мое сердце отдано другому. Вар — попытка скрасить одиночество, напитаться живым теплом, излечить сердце. Не больше. Боги, боги, боги, это звучит так низко и омерзительно. Я крепче сжала чужую ладонь, и принц в знак поддержки скользнул пальцами вдоль моего запястья. Безмолвная борьба. Забыться в страсти, утонуть, захлебнуться.

Я не помнила, как мы дошли до комнат, как распахнули ближайшую дверь, и запах огня и трав ударил в нос. В голове сразу стало шумно. Я обернулась к Варассе, скользнув по нему разомлевшем взглядом. Взять бы всего, без остатка, обласкать, исцеловать так, чтобы на утро обо всем забыть, разорвать все хрупкие ниточки, натянувшиеся между нами. Все это будет завтра, сейчас же я захлопнула за нами дверь и прижала принца к стене, вслушиваясь в его короткие вздохи.

— Без чувств, без обещаний, без будущего, — напомнила я, положив ладонь на его грудь. — Ты согласился тогда на эти условия. Пожалуйста, — я взмолилась, а в глазах Варассы промелькнула боль. И страх.

— Вы просите невозможного, — прошептал он, судорожно изучая мое лицо, словно пытался отыскать хотя бы намек на то, что я не была серьезной в своих словах. — Не заставляйте меня, — Варасса расправил плечи, возвышаясь надо мной суровой скалой. Его лицо приняло почти то же самое выражение, с которым он смотрел на Фарида. Я увидела перед собой мужчину.

— Тогда знай, что я не смогу тебе дать того, чего ты хочешь, — с сожалением произнесла я, стиснув ткань его одежды.

— Главное, что я смогу дать вам то, чего вы желаете, — мягко ответил Варасса и положил свою ладонь поверх моей. Давал разрешение сделать с собой все, что я только захочу.

Я слышала, как моя душа трещала по швам. Который раз за день. Однако из упрямства и гнева на саму себя я рванула на себя Варассу, прижавшись к его губам в сокрушительном поцелуе. Он обмяк, послушно приоткрыв рот, и больше не пытался отстраниться. Шагал за мной в пропасть. Я шумно выдохнула, продолжив напирать. Видят боги, я задохнусь сегодня в собственных противоречиях.

Я впечатывалась в его губы, наши зубы стучали друг о друга, языки сплетались, и этому безумию не было конца. Вар тихо стонал каждый раз, когда я прикусывала его кожу. Мои руки блуждали по его телу, оттягивали мешающую ткань, касались боков и бедер. Принц вздрагивал и вздыхал. Мой, мой, мой.