Книга Кощею не нужна невеста!, страница 59 – Тори Тотори

— Ой, ну не такие уж они и дикари, княже! — наконец воскликнул полевик.

— Не такие, — подтвердил Кощей, и у Златы мигом отлегло.

— Припугнуть разве что горазды. Но Верба точно не обрадуется. Праздник все-таки наш…

— Раз смекаешь, так и не мели языком попусту! — возмутился князь. — Прикажи после ужина седлать кобылку со смирным норовом…

— А что, в одном седле с девицей князю тесновато? — насмешливо спросил Навид, и Злата почувствовала, что краснеет от пят до самых ушей, будто ее в кипяток живьем опускают. Внизу послышалась возня и смешки полевика. — Ой-ой, оторвешь, княже! Мне еще к русалке свататься. Без глаза сойду за жениха, а без головы как?

Кощей в ответ гоготнул. Злата ощутила как по хребту пополз мороз. Засмеялся. Хрипло, несмело, как старый дед, но засмеялся. Никогда прежде не слыхала она, чтобы он смеялся. Доведется ли снова? Сколько еще его есть за пределами того, что он показывает ей…

Опомнилась она, когда князь с полевиком уже к середине луга подходили. Видать направились за лес к то ли плотникам, то ли лесорубам. Злата вздохнула и полезла вниз. Руки ноги едва слушались и с нижней ветки она уже шлепнулась на землю. Полежала немного и пошла обратно к избе. Как вернется князь, велит собираться в дорогу. Зачем вообще тогда привозил?

Разглядывая животину и маленьких рыжих работников полевика, Злата отправилась на озеро — подальше от их недовольных детских лиц.

Утки лениво плавали в серой воде среди крупных русалочьих цветов, а гуси грудились на бережку, вычищая перья. Вдруг из-за бани выскочили два белобрысых голеньких бесенка. С шумом и криками попрыгали в воду, разгоняя уток и переполошив гусей. Поднялся такой гвалт, что Злата думала оглохнет. Лада и Мал! Хватая уток, дети смеялись и отплевывались от перьев.

— Волчан просил по одной в каждую руку! — крикнула Лада, щурясь от брызгов, и Мал кивнул ей, уворачиваясь от утиного клюва.

Наконец поймав по одной утке в каждую руку, они вышли на берег и замерли перед Златой. Улучив мгновение, утки затрепыхались и вырвались, оскорбленно крякая и хлопая крыльями, вернулись в озеро.

— Вы чего тут устроили, негодники! — притворившись сердитой, гаркнула Злата, и дети затравленно переглянулись.

— Только Нанаю не говори! — взмолилась Лада, а Мал закивал головой.

— И что же мне за это будет? — спросила Злата, едва не засмеявшись, и деловито добавила: — За молчание.

— Серебром берешь, девка? — приосанившись, начал Мал, но Лада его одернула, шлепнув по голому пузу.

— Молчание за молчание, — хмыкнула девочка, и сердце Златы подпрыгнуло. Лада невозмутимо продолжила: — Не расскажем князю, что ты шныряла по его покоям.

— Да когда такое было?!

— Так никто и не говорит, что взаправду было.

— Ах вы, — ахнула Злата, но тут же взяла себя в руки. С врунишками она дела имела да и сама нет-нет батюшку с нянюшкой обводила вокруг пальца своими небылицами. Общий секрет с детишками ей пригодится.

— Добро. Вот только князь мне сам разрешил в его спальню заходить! — Дети в изумлении переглянулись. Крыть им явно было нечем, а Злата продолжила, понизив голос: — Не выдам вас, но взамен расскажите про праздник.

Дети снова переглянулись. В их глазах читалось, что глупая девка могла бы и поважнее что попросить. Только не знали они, что Кощей и слова б ей не сказал, увез бы в Избу с концами, а на подворье больше и некого спросить — полевки только недовольные взгляды мечут, а хозяина как-то и неловко расспрашивать после подслушанной беседы.