Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 133 – Айлин Лин

Руднев усмехнулся, и я поняла, что ответ ему понравился. Фёдор тоже заметил одобрение. Он перестал теребить картуз, откинулся на спинку стула и впервые за всё время позволил себе улыбнуться, продемонстрировав крупные крепкие зубы.

— Последняя задача, — предупредил Степан Герасимович. — Украден золотой портсигар. Через несколько дней человек сам приходит с признанием. Называет монограмму, вмятину на крышке, описывает дом. Его никто не бил и не пугал, показания он готов подписать. Достаточно, чтобы считать дело раскрытым?

В этот раз молодой человек ответил без размышлений:

— Думаю, достаточно. Коли всё верно назвал и сам пришёл…

Руднев покачал головой, отчего улыбка с лица испытуемого исчезла.

— Зачем спешишь? Подробности мог узнать от другого. А признаться мог, чтобы выгородить близкого человека. Прежде следует проверить, откуда ему известны эти сведения, сопоставить рассказ с тем, что установлено независимо от него. Запомни, человек может врать себе во вред. Тебе придётся разбираться, отчего он это делает.

Фёдор провёл ладонью по затылку, досадуя на собственную поспешность.

— Четыре ответа из пяти верные, — подвёл итог Степан Герасимович. — А это очень и очень хорошо.

— Возьмёте? — Фёдор тут же вскинулся, глаза были полны надежды.

Руднев не спешил ответить, и я заметила, как Фёдор в тревоге сжал пальцы, дожидаясь решения.

— Возьму. Месяц посмотрю, как станешь учиться. Будешь ли прилежен, не станешь ли отлынивать.

— Благодарю, Степан Герасимович! — парень вскочил, поморщился от боли, но всё же низко поклонился. — Вы не пожалеете, я буду стараться!

— Хорошо, коли так. Ловкость у тебя есть, а вот порядку будем учиться. Начнёшь с записей. Где был, когда пришёл, что заметил сам и что от других услышал. Если забыл, так и укажешь. Сочинять и свои фантазии за установленный факт выдавать не вздумай.

— Понял.

— Поручения получаешь от меня, мне же докладываешь. Если выполнить не смог, признаёшься сразу, чтобы я успел послать другого человека.

Фёдор кивнул, внимательно слушая будущего наставника.

— За удачной догадкой без спроса не бежишь, — продолжил Степан Герасимович. — И людям обещаешь только то, что способен выполнить. И вот ещё что, принеси мне свой настоящий паспорт.

— Принесу.

— Жалованье на время ученичества составит двадцать рублей в месяц, — вклинилась я. — За расходы на поручения будешь отчитываться отдельно.

Фёдор растерянно моргнул.

— Жалованье?

— А ты собирался работать бесплатно? — приподняла брови я.

Молодой человек замялся, наверняка думал, что будет отрабатывать свои ошибки за спасибо.

— Фёдор, это работа, и как всякая работа она должна оплачиваться. Тебе ведь ещё мать кормить. Но предупреждаю сразу, терпеть новый обман не стану.

— Я не обману, Александра Николаевна. Слово даю. — И, не мигая, посмотрел мне в глаза.

Обещание он дал спокойно, без фальшивой торжественности, и я ему поверила. Впрочем, время покажет, не ошиблась ли я.

— Завтра к десяти явишься в контору при бюро на Тринадцатой линии, — распорядился Степан Герасимович.

— Буду. — И поклонился нам обоим. — Матушке могу рассказать?

— О месте службы и жалованье можешь, — разрешила я. — А вот какие поручения будешь выполнять, не должен знать никто сторонний без особого на то дозволения.