Книга Развод. Больше никто мы, страница 29 – Юля Шеффер

Пару раз моргнув, она растягивает губы в очень широкой улыбке:

— Нет, любимый, не проблема!

Ненавижу прощания.

Особенно такие.

Мы всей толпой стоим у стойки регистрации. Я держу в руках паспорт и билет, но пальцы сжимаются слишком сильно, как будто, если ослаблю хватку, то все рассыплется.

Наташа и Ариша держатся за меня. Так по-разному, но одинаково крепко.

Смотрю на них сверху вниз и до сих пор не понимаю, как решилась уехать от них, оставить одних.

И хотя это на время, хотя я знаю, что буду звонить, писать, считать дни до возвращения уже с завтрашнего утра, но легче от этого не становится.

— Марьяш, ты напиши обязательно сразу, как приземлишься, — напоминает деятельная Ира.

— Обязательно, — киваю.

— И мне, — поднимает грустные глаза Наташа.

— Конечно, солнышко, и тебе, — я наклоняюсь, обнимаю ее, вдыхаю запах ее волос.

Ариша тоже тянется ко мне, требует взять ее на ручки. Я наклоняюсь и подхватываю обезьянку.

— Мам, а ты не забыла про подарок?

— Не забыла, — улыбаюсь, и внутренняя дрожь чуть унимается.

Хотя бы у нее все хорошо. Хотя бы она не переживает.

Гордей стоит чуть поодаль, засунув руки в карманы, и делает вид, что он не с нами.

Или не делает, а действительно не с нами.

То, что он зол, видно невооруженным взглядом. Да он и не пытается это скрывать.

Он злится, что я действительно уезжаю. А девочки, напротив, остаются.

Злится, что я все же сделала по-своему, что он играет по моим правилам, а не я пляшу под его дудку.

Злится, потому что развод идет вразрез с его планами.

А Ирина, напротив, развлекается.

Она переводит взгляд с него на меня, потом на девочек, потом снова на Гордея и ехидно улыбается.

— Ну что, Гончаров, готов к новым ощущениям?

Он молча бросает на нее хмурый взгляд.

— Серьезно, — не унимается она, сладко растягивая слова. — В конце концов, ты так часто говорил, что дети — это не повод для женщин сидеть дома. Теперь у тебя уникальная возможность прочувствовать это на собственной шкуре. И заработать титул отца года.

Я прикрываю рот ладонью, скрывая улыбку.

Гордей медленно поворачивает к ней голову, и в его взгляде четко читается: «Не беси меня, Ирина».

Но Абрамовы не из пугливых, а Ира давно одна из нас.

— Ты объявление о найме няни дал уже? — продолжает она, театрально приподнимая брови. — Кастинг как проводить будешь — по заслугам и рекомендациям или через себя пропустишь?

— Ира, — одергиваю ее негромко, но она и ухом не ведет.

— Выберу самую лучшую. Не сомневайся, — бросает муж колко, в тон ей.

— О, в этом я не сомневаюсь, — усмехается Ирина. — Но вот дети… Выживут ли с таким отцом и няней — большой вопрос.

— А вот твоя подружка в меня верит, даже слишком. Раз не боится оставить их со мной, — парирует он, бросая взгляд на меня.

Я свой не отвожу. Встречаю его внутри у меня все сжимается от его слов, но ему это знать не обязательно.

Ирина, видя наш обмен взглядами, поворачивается ко мне:

— Марьяш, может, ты уже пойдешь на посадку? — и губами шепчет: «Дуй!»

Я присаживаюсь на корточки и обнимаю девочек еще раз. Крепко прижимаю к себе и держу несколько секунд, не в силах отпустить, но приходится все же разжать руки.

— Пока, мам! — вразнобой на два голоса говорят они — Ариша радостно, Наташа — вздыхая.

— Мы будем скучать, — добавляет она.