Книга Развод в 44. Я отомщу, страница 60 – Юля Шеффер

Разумеется, ничего у Невоструева не получилось.

Когда он заявился в салон качать права, машину ему не отдали. Доверенности на нее у него нет, а без нее машину может забрать только тот, кто ее им оставил. И это не он.

Я тихо радовалась, представляя, как же сильно бьет по нему моя шалость. Куда сильнее, чем по мне — любая из его пакостей. Я от них почти не пострадала, Андрей же очень ценит комфорт и свободу передвижения, чего я его так изящно и надолго лишила. Конечно, он всегда может ездить на такси или его будет возить Элечка — если она уже заработала себе на машину, — но по-любому я доставила ему немало неудобств.

О чем ни капли не жалею.

И на этом не остановлюсь.

«Верни мне тачку!» бомбит он меня сообщениями по несколько раз на дню.

«Забирай», отвечаю ему лишь раз, прикрепив к посланию фото поцарапанных дверей, которое сделала дальновидная Аня.

Он тут же ожидаемо перезванивает.

— Ты нормальная?! — орет в трубку.

— Нормальная, — отвечаю спокойно и нарочито негромко. — У меня и справка есть. А у тебя?

Невоструев тяжело дышит в динамик, видимо, подбирая слова или успокаиваясь — понимая, что орать бесполезно. Диалога не получится.

— Ты поцарапала машину. Эта порча имущества. Я на тебя заявлю, — угрожает гораздо спокойнее — взял себя в руки.

— Моего имущества, — напоминаю ему, усмехаясь — он постоянно забывает эту маленькую, но очень важную деталь. — Но ты заяви, Андрюш. Ментам не привыкать — им в участок такие клоуны каждый день приходят.

— Я этого так не оставлю, — бросает он и нажимает отбой.

Зато поток сообщений от него прекращается. Но вскоре приходит другое — очередное напоминание от страховой о том, что полис ОСАГО на «Ауди» уже истек и его необходимо продлить. Я смахиваю уведомление, не открывая. Но Аня, сидящая рядом, успевает прочитать.

— Почему не продляешь? — удивляется она.

— Потому что я не хочу делать для него ничего. Это больше не моя забота.

— Мам, наоборот, — подается она вперед и хитро щурится, — продли. И выпиши отца из страховки.

Вскинув брови, поворачиваю к ней голову. Можно, но…

— Мелко как-то, — замечаю с сомнением.

— Мелко? — Аня смотрит на меня, как на неразумную первоклашку. — Будто он тебе по-крупному пакостил! Пффф…

Закатывает глаза.

— Да я даже не уверена, что он не сможет сам вписаться обратно.

— Без тебя и без доверенности? Вряд ли… — гримасничает дочь.

— У него на руках все документы: техпаспорт, ПТС… Вроде бы этого достаточно.

— Мам, даже если сможет, — говорит Аня, и глаза ее азартно горят, — в любом случае это будет для него неприятным сюрпризом при первой встрече с сотрудниками ДПС. Едет он весь такой король дороги, и тут бац — конфуз…

— Ну и что? — возражаю. — Заплатит штраф в пятьсот рублей и поедет дальше.

— Ну и отлично. Пусть заплатит, — пожимает плечами Аня. — И будет знать, что это сделала ты. Давай, оформляй новый полис!

И я оформила. Тем более, что мне он нужен самой — машину из сервиса забирать буду я, и без полиса внезапная встреча с инспектором может стать неприятной уже для меня.

А еще появилась мысль, что Андрей может и не знать, что ему не нужна я, чтобы вписаться в полис — откуда? Он ни разу не имел с ними дела. И мелкая на мой взгляд проблема может казаться ему неразрешимой.