Книга Развод в 44. Я отомщу, страница 53 – Юля Шеффер

Я расправляю плечи.

— Я никуда не уйду, Николай.

Говорю это спокойно, мои интонации буквально источают холод и уверенность. Коля дергается, но я не даю ему сказать ни слова.

— Пусть эта… новая управляющая… — я подчеркиваю каждое слово, — лично придет и объяснит мне, на каком основании аннулирована моя VIP-карта. Пусть расскажет, по какой причине я, привилегированный клиент и жена владельца этого клуба, не могу находиться здесь, как любой другой посетитель.

— Вы хотите увидеться с Эльвирой Ильгизовной? — уточняет он с неясной улыбкой.

Коля выглядит так, будто с него сняли гирю с плеч. Он расслабляется и как будто даже радуется. Я вижу в его взгляде нечто похожее на уважение. И поддержку.

— Видимо, это она хочет увидеться с нами, — раздается рядом голос Ани. — Если решилась на махинацию с маминой картой. Тогда пусть аннулирует и мою, а потом объясняется со своим работодателем.

И вдруг — движение за спиной Николая. Появляется еще один охранник, а следом за ним она.

Эльвира.

Высокие каблуки, деловой костюм, но такой же вызывающий, как ее рабочие лосины, и — солнечные очки. Стекла не слишком темные, но все равно — в помещении… При искусственном освещении…

Если это не болезнь глаз, то… Я не могу сдержать усмешки — значит, нос ей тогда я все-таки сломала. Приглядываюсь внимательнее — точно, под очками она прячет припухлость. Такое под тональником не спрячешь, даже под таким слоем, как у нее. Даже очки не справляются.

— Здравствуй, Элечка, — голос сочится медом. — Как твой нос? Надеюсь, обошлось без пластики?

Ее губы дергаются. Глаза вспыхивают — это видно даже сквозь светлые линзы очков. Плечи напрягаются, и она, не глядя на меня, бросает охранникам:

— Почему человек с аннулированной картой до сих пор не покинул территорию клуба?

Оба охранника — и Коля, и тот второй — переглядываются. И пока тот молчит, Коля спокойно отвечает:

— Потому что человек требует встречи с вами и объяснений, на каком основании его карта аннулирована.

Я делаю шаг вперед. Все еще ровным, бесстрастным голосом напоминаю:

— Я не нарушила ни одного правила посещения клуба — которые, кстати, писала я сама, — ни по этикету, ни по форме, ни по гигиене. И я прекрасно помню: даже если бы нарушила, клуб может отказаться от выполнения условий договора только при повторном нарушении. А первое должно быть зафиксировано документально. С моей подписью. У вас она есть?

Эльвира поджимает губы. Вскидывает подбородок:

— Я посмотрю в архивах. Но не сегодня. Сегодня у меня неприемный день. Если у вас есть претензии по качеству наших услуг — запишитесь на прием. Я рассмотрю вашу претензию в рабочее время. Сейчас у меня на это нет времени.

— Зато у меня его вагон, — говорю я, и опускаюсь на один из диванов, стоящих вдоль стены — тоже мое приобретение.

Закинув ногу на ногу, демонстрирую, что с места я не сдвинусь.

— Я подожду. И тебя, и полицию, — добавляю. — Пусть разберутся, почему мои права нарушаются и меня незаконно лишают доступа в клуб.

Аня опускается рядом, повторяет мою позу и наводит камеру телефона на меня — Эльвира, конечно, попадает в кадр.

— А я сниму рилс для отзыва о том, как эта шарашкина контора поступает с постоянными клиентами.

Эльвира краснеет, даже багровеет, и выглядит так, будто задохнется. Наконец открывает рот, но ее опережает Коля. Вставляет торопливо: