Книга Бывшие. Мой секрет, страница 75 – Юля Шеффер

Широко распахнув свои огромные — как у мамы — глазищи и даже приоткрыв рот, созерцает волшебные декорации, завороженно следит за разноцветной подсветкой. Да я и сам залипаю!

Разгадав первую загадку от Элли, вступаем на дорожку из желтого кирпича, идем по атмосферному подземелью, Ева берет меня за руку, я ее трепетно сжимаю. Из второй комнаты мы выезжаем на магической вагонетке. В темноту. Дух захватывает даже у меня, а моя Кнопка буквально захлебывается от восторга.

Ладонь мою не выпускает, и я таю от ее доверия.

С задачками и ребусами от Дровосека в его катакомбах, Страшилы в его деревне, Льва в его логове и — опять — Гудвина в своем зеленом замке моя девочка справляется сама, собрав все артефакты. Мне почти не приходится подсказывать. Не робеет она и в пещере ведьмы, разгадав ее хитрость.

В конце нам вручают заветный изумруд и мы, счастливые и заряженные, вынирываем в нашей реальности.

— Это было крутецки! — восклицает восторженно и обнимает меня за бедра: — Спасибо!

Лицом утыкается мне в живот, я замираю, боясь шевельнуться и спугнуть ее. Испортить этот исторический момент.

Так мы стоим около минуты — я считаю удары учащенно колотящегося сердца.

И так же резко, как только что застыла, она вдруг включается.

Где-то у нее точно есть кнопка…

Теперь мне понятно происхождение этого прозвища.

— Куда мы пойдем есть? — задирает голову. — Я голь-до-ная. Неть. Голь-од-ная.

— Я понял, — смеюсь. — А куда ты хочешь?

— В пиццу!

Мы, естественно, едем есть пиццу. Но не в пиццерию, а в ресторан. Настоящий, итальянский — уж если и есть пиццу, то у итальянцев.

Выбираю лучший из мне известных — моя дочь заслуживает самого-самого.

Она, конечно, заказывает пиццу — себе не изменяет — и большое пирожное, я — брускетту с лососем и спагетти нери с осьминогом.

В ожидании заказа, потягивая через трубочки каждый свой напиток, делимся впечатлениями от квеста. Смотрим фотки и видео, неудачные удаляем, удачные отправляем маме. Чтобы было удобнее смотреть, Ева забирается ко мне на колени. Мы смеемся, заново проживая эти офигенные эмоции.

Пока за нашими спинами не раздается шокированное:

— Кирилл?!

Застываю с прямой спиной.

Оборачиваться не спешу — шестое чувство подсказывает приближение скандала…

— Потемкин? — не унимается голос. — Почему ты здесь с моей дочерью? Где Марго?

Он не спрашивает, он обвиняет.

— Не знаю. Дома, наверное, — повернув голову, отвечаю только на второй вопрос.

Ответить на первый гораздо сложнее.

И еще сложнее не вломить тебе за "твоей".

Он обходит нас дугой, вставая напротив.

— Дима! — вспыхивает радостью Ева, не позволяя ему задать следующий вопрос. — Ты за мной? Тебе мама сказала, что мы с Кириллом гуляем?

Кнопка сама засыпает его вопросами.

— Нет, единорожка, — губами он улыбается, а глазами стреляет в меня. — Мама мне не говорила. А почему вы гуляете?

Пять баллов, Дима!

Получить честный и откровенный ответ от ребенка, конечно, проще и быстрее.

Что это читерство гнилое, мы опустим…

— Мы с Кириллом друзья. Да? — поворачивается ко мне.

— Да, — киваю, с трудом выдавливая из себя корявенькую улыбку.

Это такое палево… Пипец просто!

Подстава подстав!

Первое же, выстраданное и выпрошенное, свидание с дочерью оборачивается полнейшей катастрофой.

Вовсе не это я обещал Марго.