Книга Бывшие. Мой секрет, страница 5 – Юля Шеффер

Вздрагиваю от его слов.

Невеста…

Потемкин сказал это так, будто финальный гвоздь в крышку моего гроба вогнал. И ведь вогнал…

А взглядом закопал.

Лишь Вселенная знает, каких трудов мне стоило удержать на лице эту насквозь фальшивую светскую улыбочку — одновременно не значащую ничего и говорящую столько всего сразу.

"Его невеста…" зачем-то проговариваю про себя, словно пробую на вкус. Паршиво звучит… И больно.

В горле сразу становится щекотно, а глаза предательски щиплет. Только бы не разреветься!

Ну почему меня это так задевает? Какое мне дело до того, с кем он… телевизор вечерами смотрит? А даже если занимается чем-то более… менее… да пофиг! Меня это совершенно никак не касается и не трогает. Не должно трогать.

А "невеста" очень гордится собой в эту минуту. Подалась вперед, грудь свою искусственную выпятила, та вот-вот из декольте до пояса вывалится, и губехи-рыбёхи алые еще бóльшим бантиком сложила — один-в-один морская царевна из старого мультика "В синем море, в белой пене".

Но это я, конечно, от злости. Я бы на ее месте и не так выпятилась…

А выглядит девушка шикарно — с губами и грудью перебор, чисто на мой вкус, — но, если не придираться, то она очень красива. Той броской, бьющей по глазам красотой, которая заставляет мужчин оглядываться, а женщин — зеленеть от зависти. Высокая, стройная, с выпуклостями в нужных местах и разрезами на платье, в которых выглядывают ее бесконечные ноги. Прямые — отдельный пункт моей зависти — черные волосы завершают картинку.

Этакая темноволосая барби.

Поэтому как бы мне ни хотелось, приходится признать, что невеста Кирилла определенно соответствует и красоте своего будущего мужа, и статусу. И вместе они смотрятся отлично.

"А с тобой он смотрелся идеально" не упускает внутренний голос случая уколоть меня побольнее.

Заставляю себя собраться и, напустив в глаза равнодушия с щепоткой легкой дуринки, я отворачиваюсь от Потемкина. Не хочу больше его видеть. Его не существует.

И его "барби" тоже.

Я буду наслаждаться вечером и Димкой.

И я честно пытаюсь.

Но совсем отключиться от присутствия Кирилла не получается. Он — явно, издеваясь, — уселся рядом со мной и весь ужин якобы случайно касается меня то ладонью, то локтем, то бедром, хотя наши стулья стоят достаточно далеко друг от друга. Постоянно обращается ко мне и Димке, что-то спрашивает, изображает неподдельный интерес.

Это похоже на заигрывание, но… зачем? После сказанного и сделанного только что?!

Я совершенно не понимаю Кирилла. Не понимаю его мотивов.

Еще совсем недавно он пренебрег моей рукой, потом бросил мне в лицо это "моя невеста", зачем теперь он пытается наладить контакт? В основном, физический.

Мне хочется послать его, осадить, но я вижу, как доволен его вниманием Дима, понимаю, что для него это важно. Очевидно, что он имеет виды на сотрудничество с Потемкиным, и осаживаю я себя.

При первой же возможности выхожу из кают-компании, вдыхаю спасительно-свежий морской воздух. Он почти такой же соленый, как вода, колючий — и на вкус, и на ощущение. Но дышать им приятно.

— Ты же не от меня убежала?

Едва сдерживаюсь, чтобы не застонать в отчаянии — ну зачем?!

— Не от тебя, — не оборачиваюсь.

Наоборот, отшагиваю еще дальше. Дальше от него и от каюты, откуда нас могли бы увидеть, но и в еще большую темноту. Осознав это, боюсь, как бы Кирилл не принял это за желание уединиться с ним.