Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 60 – Дора Шабанн

Адель Варисовна внимательно меня оглядела, чему-то покивала и хмыкнула:

— В целом моя занятость сейчас в достаточно свободном графике, поэтому выбирай с Любой своей вечер, заказывай столик в ресторане да пойдём, познакомимся с Аглаей Семёновной.

— Прямо в ресторане? Ты не хочешь поразить её в самое сердце разносолами? — фыркнул, так как бабушка была не любительница бродить по заведениям общепита.

— Сначала надо посмотреть, что там за птица, и достойна ли она наших разносолов.

Вот за что я особенно восхищаюсь бабушкой, так это за её масштабное мышление. Ну и хитрость.

Шикарная женщина.

Дальше день, в принципе, складывался ожидаемо: бабушка царила у Андрюхи, я рад был приветствовать Вадика и с удовольствием передал ему под присмотр свою епархию, да помчался к Любушке.

Это был удивительный опыт, когда мы ходили с малышкой по магазинам. Нет, сначала я, конечно, зарулил в кафе, дал ей выдохнуть после этих сумасшедших детей, не просто накормил, но и, несмотря на сопротивление, заказал десерт.

То, что был прав, стало понятно, потому что от маленького кусочка тортика она явно повеселела, и можно было спокойно идти в магазин.

Вечером, пока Люба занималась некоторым обустройством нашего жилища, я прихватил Сеню и отволок его в квартиру по соседству, поиграть с Ларчиком под присмотром бабушки.

В конце концов, нам с Любушкой за хорошее поведение положено немножко «сладкого».

Когда я уже собирался уходить, бабушка вновь сразила меня своими познаниями, аналитическими способностями, да и, в принципе, новостями.

— Кирюш, если бы это не было нашей реальностью, то, думаю, мы бы с тобой здорово повеселились, обсуждая мистический, остросюжетный триллер. Увы, мы в нем, как оказалось, живем. История такая. Эта самая семейка Парландов явно с головой не дружит, потому что, по данным из ее близкого окружения, Мария Фёдоровна всегда была одержима идеей носить звучную фамилию великого предка: Парланд, а не огрызок бастардов — Ланд. И воспитывая внука, в голову ему эту идею впихнула.

Тут вздрогнул и по спине так неприятно холодом продрало:

— Думаешь, он больной?

— Он — не знаю. Но Мария Фёдоровна — точно. Я тут навела справки, по молодости она неоднократно лежала в «Пряжке [1]». Так что диагноз «шизофрения» у нее, скорее всего, есть. Как ей только ребенка доверили — загадка.

— И к чему нам это знание? — уточнил нервно, потому что тех, кто с башкой не дружит ненавижу с детства.

Бабушка криво усмехнулась:

— К тому, чтобы мы понимали: народ они отбитый, почти непредсказуемы. Вернее, любая жуть, для нормального человека невозможная, этим вполне зайдёт. Я тут размышляла целый день по поводу их великой ненависти к Нонне и у меня нарисовалась картинка абсурдная, но уж больно теперь кажущаяся реальной.

Снова вздрогнул. Мама в опасности. Мы с Андрюхой в любом случаем справимся, а вот мама, Клара, бабушка, а теперь еще и Люба с Сеней — в зоне риска.

— Смотри, Парланд изо всех сил ищет выходы на Администрацию города, в идеале — страны, но там тяжело, поэтому он хотел бы обойтись минимум — Петербургом. По своему образованию он вполне мог работать в любом в ВУЗе, но рвался в «Военмех». Прицельно на кафедру к Ивченко, потому что тот вхож не просто в Администрацию, у него там хорошие связи в различных комитетах, и не только рабочие, но и личные.