Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 105 – Дора Шабанн

Поболтав на следующее утро с представителями полиции и прикинув примерный расклад, помчался в клинику, где, по слухам, Агнес Парланд дневала и ночевала у постели любимого мужа.

Научный мир Петербурга был потрясён трагедией Парландов, представляя её так: узнав о смерти любимой бабушки, Альфред Александрович в расстройстве, оказался несколько неуклюж, что привело к печальным последствиям.

— Интересная версия. Многое объясняет, — хмыкнул я, а мои новые погононосные приятели только усмехнулись.

И покатил я в клинику.

К госпоже Парланд у меня тоже была пара вопросов.

В отделении неврологии новости поджидали занятные.

Я же милый, хорошо воспитанный мальчик из приличной семьи? Поэтому я медсестричкам на посту поулыбался, подарил коробочку конфет, и мне коротко изложили ситуацию:

— Повезло ему: в себя пришёл, почти цел, за исключением перелома позвоночника в крестце и, как следствие, паралича нижних конечностей. Считайте, отделался лёгким испугом. Если судить по описанию в его медкарте, то должен был убиться.

— Такое не тонет, — хмыкнул и пошёл в палату.

А там меня поджидала идиллическая картина: Альфред Александрович сидел на постели, обложенный подушками, а жена кормила его с ложечки фруктовым пюре. У нас Кларисса такие любит.

— Так я вижу, вас можно поздравить со вторым рождением? — Парланды вздрогнули оба, потом Агнесс побледнела, а Фредди, наоборот, покраснел.

Я же широко улыбнулся этим прекрасным людям:

— Буду краток: мы не станем лезть внутрь вашего «счастливого достойного брака», если вы оставите в покое нашу семью. Забудете про Любу и Арсения. И никогда не возникнете на нашем горизонте. Ни физически, ни в сообщениях.

Да! Тут эта дрянь вздрогнула и быстро взглянула на мужа.

Продолжая делать вежливое лицо, я уточнил:

— А чтобы вы, Агнесс, лучше это помнили, жду материальную компенсацию нашего беспокойства. Мало того что угрожали моей Любе с сыном, так ещё и на мать мою Нонну покушались!

Приятно было посмотреть, как мгновенно вспыхнула до этого бледная как смерть Агнесс. А Фредди насторожился.

Но у меня были ещё аргументы:

— Кстати, у нас тут есть видео занятное, и не одно. Особенно хорошо удалось то, где видно, как Агнесс травит твою бесценную бабку, Альфред Александрович, среди бела дня. Прямо в кафе.

О, такого эффекта я даже не ожидал.

Парланд попытался встать, при этом оттолкнул от себя жену с такой силой, что она слетела со стула, прилично ударившись об пол.

А какой сочный и красочный мат полился изо рта вроде бы лощеного интеллигента! Я заслушался и даже кое-что запомнил на будущее.

Когда красноречие Фредди иссякло, а его жена привычно устроилась в дальнем углу, я решил все ж таки довысказаться:

— Ваше эмоциональное выступление сейчас уже неактуально. Если бы вы, Альфред Александрович, не по горам шарахались, а, как приличный внук, бабушку бы регулярно навещали, то, по словам ее лечащего врача, у Марии Федоровны были все шансы прийти в себя.

— Переведите меня к ней! Срочно! — внезапно взвился на постели и зашипел Фредди.

Я реально офигел:

— Куда? На кладбище? В семейный склеп? — мне даже не потребовалось изображать удивление.

То есть жена его до сих пор не уведомила, что он теперь очень круглая сирота?

— Погоди! Ты не в курсе, что бабка твоя кони двинула аккурат, когда ты там, на Алтае, покалечился? Не вынесла, видать, старушка такой трагедии в жизни любимого внука…