Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 104 – Дора Шабанн

А утром сияющие радостью и любовью глаза Кирилла, встретившего меня у дверей, это новое внутреннее ощущение подтвердили.

Я действительно счастлива.

Не потому, что мне повезло или я заслужила, или пришло время.

Не «просто так», не взамен, не за что-то.

А потому, что я готова не только быть таковой, но поверить, доверять, разобраться в своих проблемах и решить их, а не прятаться, упиваясь жалостью к себе.

И танец молодых супругов начала с признания:

— Люблю тебя, Кир. Ты — настоящий волшебник, и подарил мне не только мир, полный радости и счастья. Ты подарил мне меня! Спасибо!

«Unicuique secundum opera eius» (лат.)

«Да воздастся каждому по делам его»

Кирилл

Первой радостной новостью по возвращении из очень медового месяца нас с порога огорошила Клара:

— Кайл! Мой Кайл вейнулся! А у нас будет Адель!

Рассмеялся, подхватив хулиганку на руки и закружив, потом расцеловал в щеки и поднёс поближе к жене, чтобы и она смогла обнять свою любимицу.

Моя нежная девочка за время, проведённое вместе на «Розе Хутор», немножко выдохнула, чуть расслабилась и стала просто потрясающе сладкой и безумно желанной. Оторваться от нее было невозможно, да я и не пытался. Мы активно наверстывали упущенное, так сказать.

И воспоминания о том, как мы с ней чудесно проводили время всю неделю, на обратном пути навело меня на мысль, что, возможно, сейчас Любушке уже не следует принимать тяжелое. А Клара же обязательно полезет на руки, поэтому пришлось предвосхитить.

Потом, когда все устроились за столом на кухне, где Адель Варисовна баловала нас разными домашними вкусностями, матушка моя протянула тоненькую папку с документами. После того как мы с женой ознакомились с ее содержимым, мне срочно пришлось хватать свою любимую на руки и утешать её слёзы, хоть бы и от счастья.

Великие женщины моей семьи: мать и бабушка, вновь опередили время и представили комплект документов об усыновлении Сени.

Теперь он мой сын — Азаров Арсений Кириллович.

А что? Фамилия достойная, пусть наследует.

У мамы-то сплошь дочки. Один я у неё такой чудесный Мамонтёнок получился, вот теперь и внук Азаров будет.

Утерли слёзы, обнялись, где-то посмеялись и как-то незаметно окунулись в новую, совершенно неизведанную, тёплую личную и одновременно семейную жизнь.

Как только отошел от перелёта и начал чуть-чуть соображать, то прихватил Андрюху, опросить на предмет обстановки.

— Вышло странно. Бабка померла в тот день, когда, по версии жены, Парланд сорвался со скалы, — весьма кратко проинформировал меня отчим.

Тут я присвистнул, не удержался:

— Вот оно как бывает, когда божественное возмездие попадает вроде бы в одну цель, но цепляет и остальных.

— Да, ты был прав, — кивнул мамин муж. — Парланды странные все. Сейчас Альфред лежит в «Неомед клиник» на Суворовском. Вчера к нему еще не пускали.

— Ясно, завтра метнусь до ментов, а потом и Альфреду загляну, — определился я быстро.

Любушка планировала мчаться на работу с утра вместе с малышами, так что отвезу их, да прокачусь по делам.

Андрюха кивнул, а потом усмехнулся:

— Ну что, молодой отец? Поздравляю с двойным счастьем.

На радостях обнялись да поспешили, каждый к своему сокровищу.

Они у нас барышни такие, полные сюрпризов, за ними нужен глаз да глаз, а ещё, желательно, пара рук… и не только.