Книга Портал к тебе, страница 26 – Александра Никишаева

— Сейчас мы в мастерской, — тихо сказал он, и его голос вибрировал от скрытой уверенности. — Но очень скоро всё изменится.

Я улыбнулась своему отражению, чувствуя, как внутри разливается приятное, тягучее тепло.

— Правда?

— Когда-нибудь ты будешь жить во дворце.

Он говорил это с такой непоколебимой убеждённостью, что я невольно рассмеялась, считая это милым кокетством.

— Во дворце? Дэмиан, ты серьёзно?

— Именно.

Его губы мягко коснулись моих волос, но в этом жесте уже не было прежней осторожности.

— И все те, кто когда-то смеялся над твоими идеями, кто называл тебя безумной, будут стоять перед тобой на коленях, умоляя о крупице твоего внимания.

— Ты неисправимый мечтатель, — выдохнула я.

— А ты недостаточно хорошо умеешь мечтать, любовь моя.

Я тихо засмеялась, прижимаясь к нему. Мне казалось это очаровательным, почти сказочным преувеличением, приятным фоном к нашей общей жизни. Я не понимала, что для него эти слова не были шуткой. И даже не мечтой.

Это был план. Тщательно выверенный, холодный и лишённый всякого сострадания.

В тот вечер я заснула с улыбкой на губах, бессознательно сжимая в пальцах холодный кристалл кулона. Я была абсолютно уверена, что мы вместе, кирпичик за кирпичиком, строим наше общее будущее.

Я ещё не знала, что в тот момент, когда я смотрела на украшение и видела в нём символ нашей бесконечной любви, Дэмиан видел нечто совсем иное.

Не любовь. Не благодарность. И даже не обещание.

Принадлежность.

Как и в случае с патентом, он просто пока не считал нужным говорить об этом вслух.

Прогресс шёл с пугающей скоростью.

Теперь наша мастерская больше не напоминала тесный гараж, в котором мы когда-то спорили над первыми чертежами. Она превратилась в настоящий высокотехнологичный полигон. Каждый сантиметр пространства был подчинён одной цели: заставить эфир делать то, что ещё вчера казалось невозможным.

Я работала на пределе своих возможностей. Иногда мне казалось, что я сама превращаюсь в часть этого механизма, в одну из тех нитей, что связывают две точки пространства. Каждый новый расчёт, каждая исправленная ошибка в резонансе, каждый найденный коэффициент приближали нас к черте, за которой начиналась новая эра.

Сначала мы добились того, что портал можно было удерживать несколько минут — этого хватало, чтобы перенести через разрыв небольшой металлический ящик. Потом минуты превратились в десятки. Десятки — в часы.

Пространство перестало быть капризным и нестабильным. Оно стало податливым. Предсказуемым. Я постепенно научилась управлять им так же хорошо, как чувствовала собственный дар, и эта власть над реальностью пьянила сильнее любого вина. И всё равно каждый новый запуск заставлял меня замирать от восторга, который перекрывал любую усталость.

Самым важным был день первого человеческого перехода.

Я помню его до мельчайших деталей. Помню резкий, бьющий в нос запах озона. Помню холод полированной стали под пальцами. Помню, как мелко дрожали мои руки, когда я настраивала частоту портала для добровольца, и как бешено колотилось сердце, отдаваясь гулом в висках.

— Всё готово? — голос Дэмиана вырвал меня из оцепенения.

Я коротко кивнула, не отрывая взгляда от датчиков.

— Кажется.

Он тихо усмехнулся, и я почувствовала, как он подошёл ближе, создавая вокруг меня привычное кольцо безопасности.