Книга Ловелас. Том 9, страница 57 – Илья Взоров

Аарон поднял брови.

— В каком смысле разбегутся?

— В прямом. — Я откинулся на спинку. — Аарон, посчитай сам. Четыре девушки живут у меня в доме. Работы у них — пара съемочных дней в месяц. Они просыпаются в полдень, к двум у них первый коктейль, к шести им скучно, а в восемь вечеринка. Приезжают гости, и среди гостей всегда есть какой-нибудь чернявый красавец с кабриолетом и с намерениями. Тут у нас, знаешь ли, Голливуд. Всегда найдется какой-нибудь Марлон Брандо…

— И что?

— И то, что одна у меня уже беременна от Хьюза. Вторая вчера приехала домой с размазанной помадой. Третья через год выйдет замуж за дантиста и будет вспоминать меня с нежностью, и это лучший из вариантов.

Аарон надел очки обратно.

— Допустим.

— Так вот. Девушке, у которой есть работа, собственные деньги и своё имя, уходить некуда и незачем. — Я показал на его стол. — Ты мне ровно это объяснял неделю назад про Кристи. Золотой поводок. Я просто беру твою идею и перестаю применять её к одной женщине, а начинаю ко всем. Разница в том, что Кристи мне обходится в сто тысяч, а эти четверо будут мне приносить по десятке каждая. Каждый месяц. Еще и себе заработают кучу бабок.

— Как?

— Упражнения под музыку на ТВ. Двадцать минут утреннего эфира шесть дней в неделю. Залы. Пластинки. Трико с зайцем. Разворот в журнале каждый квартал.

Он посмотрел на меня секунд пять. Потом снял трубку и крутанул диск.

— Мириам? Это Штейн. Вы ещё не ушли в суд? Я так и думал. Зайдите ко мне, у нас мистер Миллер и у него есть идея. Нет, не по табаку. Нет, он в порядке и я в порядке, это все просто так теперь выглядит.

Трубку он положил и достал из ящика блокнот.

— Пока она идёт, отчитаюсь по хвостам.

— Давай.

— В Германию юрист вылетел, он отчитается телетайпом сразу, как разберется на месте с регистрацией компаний или филиала. По Ларри. Жалобы направили. — Аарон постучал карандашом по блокноту. — Две. Одна в прокуратуру округа на действия агентов, вторая — ходатайство в суд. Четыре часа они его держали, прежде чем доставили к комиссару, и за эти четыре часа с ним беседовали дважды. Если судья примет Макнэбба, то Бюро мало не покажется.

— Когда узнаем?

— Не раньше предварительного слушания. Одиннадцатого мая.

— Давай к самому важному.

— С Кристи всё решил. — Аарон закрыл блокнот. — Встречался с ней лично.

Я ждал.

— Два часа, у нее дома беседовал, объяснял все детали. Был специальный видеооператор, все заснял. Чтобы потом не сказала, что не знала, не поняла… Она согласна. Берёт деньги. Дом на её имя, закладная в нашу пользу, генеральная доверенность на управление её активами — активов у неё, разумеется, пока ноль, но там размытая формулировка, можно будет подогнать все, что угодно.

Я впечатлился тем, как подстраховался Аарон. Повезло мне с ним…

— Что она сказала?

— Плакала и благодарила, — сказал Аарон. — Как я тебе и обещал. Она у нас на поводке, Кит.

В дверь постучали.

Мириам Лоу вошла с двумя папками под локтем. Тёмные волосы собраны строго, никаких украшений, кроме часиков.

— Мистер Миллер. — мне отправилась искренняя улыбка. Не часто юридические компании сейчас нанимают женщин, да еще и обещают им пай. — Какое-то еще дело?

Я изложил. Четыре девушек в трико, плюс тренер, двадцать минут прямого эфира по утрам, музыка моего лейбла, счёт вслух, залы, пластинки. И особенное слово.