Книга Лучше не верить, страница 150 – Виктория Шмелева

— Друзья, встречайте! Глава «Родника» Арсений Лесновский!

Арсений торопливо отворил боковую дверку. Там был проход на сцену. Значит, далеко не убежит. Не рванет же прочь на глазах почтеннейшей публики! Степан смотрел на Виктора в упор. Потом прищурился, ослабил галстук и выпрямился.

— Боже, змия порази, от мя беса отврати! – негромко произнес Виктор.

Песенка внезапно замедлила темп, словно кто-то невидимый хотел посмаковать расправу. Такого еще не случалось, но удивляться было некогда. Витька выхватил горячий крест. Вместе с ним выпал носовой платок – один из тех, что Полина вечно распихивала ему по карманам. Сейчас он пришелся как нельзя кстати. Виктор подхватил его и в паузе между куплетами обмотал основание артефакта, чтобы не так сильно жгло ладонь. Потом сделал еще несколько шагов к Степану. Арина испуганно таращилась на начальника, а Степан и один гладкий с лица чиновник, с которым только что беседовал душка Лесновский, заметно побледнели. Степан смотрел Виктору прямо в глаза. На лице его читалось… Понимание? Облегчение? Но сколько же достоинства в его осанке! А ведь и правда князь…

Лесновский, то и дело косясь в сторону Виктора, подкрался к микрофону. Начал он свое выступление бодро, но с каждым Витькиным шагом все больше путался в словах, запинался и кашлял. Гости недоуменно переглядывались и шушукались.

— Совершися, Божье слово! Растворися, плоть бесова!

— Виктор Александрович, что происходит? – к нему подбежала Арина, но Виктор отодвинул ее плечом.

Чиновник рядом со Степаном вдруг захрипел, вскрикнул и упал ничком. Арина кинулась к нему.

— Что с вами? Врача, надо врача! – Помощница достала телефон и принялась суетливо нажимать на кнопки. – Да что же это, господи?

Степан вдруг улыбнулся, подмигнул Виктору – мол, давай! – и раскинул руки в стороны. Лесновский схватился за сердце, качнулся и осел на пол. Стадион встревоженно загудел, кто-то побежал к сцене, кто-то к выходу. Началась толкотня. Послышался детский плач, какие-то крики. Только бы не помешали!

— Крест держу наперевес. Сгинь, рассыпься, подлый бес! – гаркнул Виктор.

Что-то громыхнуло на весь стадион, будто выстрелил салют. Сильно запахло гарью, полетели сероватые, похожие на пепел густые хлопья. Степана уже не было. На месте, где он только что стоял, гасли искры, словно от сварки. Вдруг на почетной трибуне истерически завизжала женщина, держа в руках какие-то жухлые тряпки. Чиновники ошалело озирались, кажется, не досчитываясь в своих рядах развоплощенных коллег. В первом ряду возле сцены образовались пустые места. Сколько же было упырей?

Виктор вздрогнул, словно приходя в сознание. Песенка в голове смолкла, крест остыл, вернулись звуки. Копейкину стало холодно, хотя рубашка под пиджаком намокла от пота.

— Виктор Александрович, Виктор Александрович, – трясла его испуганная Арина. – Что такое? Что происходит? Связи нет! Вы слышите меня?

— Да… Слышу, не мельтеши, – прохрипел Виктор. – Дай мне воды! Вода есть у тебя?

— Вот! – Арина сунула ему пластиковую бутылку.

Витька жадно выхлебал ее всю, смял и вернул помощнице.

— Куда они все делись? – жалобно пропищала Арина. – Что это было вообще?

— Что было? – Виктор обтер лицо платком и сунул его в карман. – Неудачные спецэффекты, надо полагать.