Книга Лучше не верить, страница 148 – Виктория Шмелева

— Арсений, хватит, – жестко ответил Стефанушка. – Я вечной жизни за пару веков наелся. Ну поднимешь ты еще сотню-другую подобных нам. Но они же ничего не создадут. Ни в науке, ни в искусстве, ни в политике. Просто угаснут, потеряют ко всему интерес, снова станут трупами, только ходячими. Такого ужаса ты хочешь? Твоя блистательная империя просто иллюзия.

— Это не иллюзия! Это реальный план! – перебил Лесновский.

— Тебе не удалось поднять свою дорогую Лили, – повысил голос Стефанушка. – Но ты по-прежнему льстишь себя надеждой, что все получится. Перестань, твой мозг одурманен, ты обманываешь себя. Если бы Лили была одной из нас, она бы уже давно встала. Не тревожь ее, не мучь себя! Пусть покоится с миром!

— Да как вы смеете! – злобно зашипел Арсений. – В иные времена я бы вызвал вас на поединок, не сомневаясь ни секунды. Когда мы плечом к плечу били французов, вы сражались как настоящий храбрец. А сейчас, стало быть, струсили, а, дорогой князь?

У Виктора перед глазами побежали строчки вчерашних договоров. «Погребение… специальные услуги… высокие посты…» Выходит, «избранных», как Арсений, много. И судя по разговору, Стефанушка – один из них. Французов они били! Это ж по сколько им обоим лет? Витька попытался сосчитать, но цифры бестолково скакали в голове. Неважно. Они после смерти встают из могил, некоторые сами, а некоторые – с посторонней помощью. Значит, упырь Корзинников действительно сначала умер, а потом воскрес? И Марфа? И Глафира? А про схрон оружия Лесновский просто наврал? Господи! Прямо фильм ужасов! Похоже, они готовят захват власти и незавидную участь всем, кто пока не помер. У Витьки, как ни старался сохранять ясность рассудка, на миг возникло ощущение, что мертвецы повсюду. Он троекратно перекрестился – как-то само собой получилось.

Стало быть, душка Арсений заключал договоры с городскими богатеями, обещая поднять их после смерти? Продавал им, так сказать, входной билет в клуб избранных? Но Стефанушка сказал, что встают не все. А это значит, что тем, кто заключал договор с «Родником», не говорили главного, дурили по полной. Вот откуда у Арсюши бабло! Витька шепотом матюгнулся.

Надо непременно выяснить, кто там с Лесновским. Виктор осторожно, стараясь не шуметь, подполз к углу сцены. Ткань здесь была натянута неплотно и сколота крупными мебельными скрепками. В углу образовалась прореха. Витька выглянул. Черт, они далеко, и ничего не видно. Придется вылезать. Только бы не заметили!

Он выбрался, обзор закрывал здоровенный усилитель. Присев за ним на корточки, Витька осторожно глянул туда, откуда доносились голоса. Арсений вещал, размахивая руками. А рядом с ним, чуть склонив голову набок, стоял и дымил сигаретой Степан Ольхов. Федькин дядя Степан. В дорогом бежевом костюме и начищенных ботинках.

Стефанушка… Твою же мать! Виктор снова спрятался за усилитель, схватился за голову и застонал… Откуда-то из-за плеча вынырнула его помощница Арина.

— Виктор Александрович, что с вами? Вам плохо?

— Да, мне плохо, – отрывисто буркнул Виктор, лихорадочно прикидывая, как теперь быть. – Нет, я в порядке. От «Родника» уже приехали?

— Только что звонили. Будут с минуты на минуту, – Арина с тревогой глядела на начальника. – Вы уверены, что вам не нужна помощь?