Книга Прах Барселоны, страница 81 – Джулия Лионе

— Я не знаю, инспектор Морера. – Агирре был искренен. – До того, как дело передали Кастани и вам, все выглядело гораздо проще. Нам нужно было просто вычислить игру навылет, и все.

— Но она уходит корнями в прошлое… Или нас хотят заставить поверить в это, или Дюран жив и продолжает мстить.

Джоана сузила глаза и отвернулась, несколько минут обдумывая информацию.

— Что мы имеем? – произнесла она спокойнее. – Профессора Видаля с его психиатрической клиникой Санта-Крус и доброго самаритянина Пальяреса, который набирает себе очки психологической помощью студентам по программе «Жить дальше». Оба преподавали в университете, и оба психиатры. Внук Пальяреса с темным прошлым и ночным клубом в придачу. Доменик Гарридо, как и сам Пальярес, кажется, может находиться в родственной связи с человеком, который расстрелял Анхеля Ромеро. Значит, оба могут быть объектами мести Адрио Дюрана, который, возможно, еще жив. Также мы имеем некое таинственное общество – клуб «Данте», основанное при Дюране… этом странном, безродном ассистенте профессора Видаля, протеже Вергилио Ромеро. А еще он, возможно, сын шпионки Марии – тайной жены расстрелянного капитана. Подозрительно название ночного клуба Доменика – там и там «Данте». И очень тесный клубок родственных связей между жертвами из семидесятых с жертвами наших дней. Следите за мыслью? – Джоана вскинула палец к виску.

— Уже в косичку заплел, – выдохнул Агирре. – Что делать? За что браться? Вила палец о палец не ударит, я его знаю. Его метод раскрытия преступлений называется «само как-нибудь».

— Хотите место старшего инспектора? – внезапно рубанула Джоана. – Вы десять лет без повышения.

Агирре вспыхнул, став как помидор, и заерзал на стуле, но промолчал.

— Окей! – Джоана щелкнула пальцами. – Тогда вам выгодней играть на нашей стороне поля, Агирре. Ведь если мы распутаем этот клубок, то раскроем сразу несколько преступлений полувековой давности и спасем детей от гибели. Думаю, причина для повышения весомая, нет?

Джоана потерла руки, сделав вдох-выдох. Она сама от себя такой смелости не ожидала. Но у нее был прекрасный учитель – Кастани на ее месте поступил бы так же.

— Первое. Я бы подняла все висяки: незакрытые дела самоубийств, несчастных случаев и смертей молодых людей возраста Самюэля Лозано и Пабло Серрано за последние пять лет. Не за пятьдесят, как велел нам Вила, которому лишь бы нас загрузить бессмысленным трудом и отвлечь от главного.

— Да мы только и делаем, что поднимаем дела! – буркнул инспектор.

— Второе: надо прошерстить ночной клуб Доменика. Взять наружку у входа, проверить медкарты по травмпунктам в радиусе клуба.

Агирре промолчал. Его лицо стало мрачным. Все-таки кто же это такой – Доменик Гарридо, что с ним не хочет связываться полиция?

— Третье, – бесстрастно продолжала Джоана. – Закрытая в 1987 году психиатрическая больница Санта-Крус. Нужно хоть из-под земли, но достать материалы исследований профессора Видаля. Прошло несколько недель с тех пор, как о них стало известно, но мы ничего не сделали. Мы торчим на парах по базовой статистике вместо того, чтобы заниматься реальным расследованием. И тут вы, Агирре, должны нам помочь.

— Но бумаги забрала вдова, сеньора Каридад. В восемьдесят седьмом году! У нее ничего не сохранилось! – воскликнул Агирре. – Кастани сказал то же самое!