Книга Усадьба Сфинкса, страница 243 – Константин Образцов

Аристарх Леонидович побледнел и прикрыл глаза.

Седобородый мужик в панаме вдруг бросил лопатку и присел рядом с раненым. Камилла, срываясь на визг, опять замахнулась.

— Кто-нибудь, отберите вилы у этой дуры! – закричал седобородый.

Мужик с лицом выпивохи перехватил черенок и вырвал вилы у Камиллы из рук. Она опустилась в грязь, прикрыла лицо ладонями и зарыдала. Все, кто еще стоял на ногах, опустили оружие.

— Умер, – сказал седобородый и стянул с головы панаму.

— Эй! – крикнул Эльдар. – Что происходит вообще?! Почему встали?! Продолжайте, бараны!!!

Никто не двигался с места. Долговязый прыщавый парень посмотрел на человека в камуфляжных штанах, прижимающего к груди искалеченную руку, порылся в кармане и протянул скомканный носовой платок. Тот взял и стал осторожно обматывать кровоточащие обрубки.

— Да что происходит?!

— Полагаю, можно заканчивать, – заявил Дунин. – Не вижу никакого смысла дальше отсыревать тут на холоде.

— Да-да, – поспешно согласился Аристарх Леонидович. – Мы видели более чем достаточно. Но ведь нужно поставить оценку…

Эльдар и Никита стояли в кузове в ожидании вердикта. Дождевая вода струйками катилась с их капюшонов. Внизу седобородый мужчина накладывал на колено шину из двух половинок сломанного черенка от вил человеку с серыми волосами. Камилла сидела, сжав голову, и молча раскачивалась.

— Я бы поставил неуд, – академическим басом сообщил Герман Германович, – но разве что за старания могу, так сказать, натянуть на государственную троечку. Сам по себе замысел курсовой работы неплох, элита должна уметь убеждать простолюдинов отдавать жизни. Но где идея? Где высокая цель? Неужели вы не сумели придумать ничего лучше примитивного подкупа?! За то время, которое было потрачено на подготовку, вы могли хотя бы попытаться создать некую локальную систему ценностей, которая бы обусловила искреннее желание этих вот… скажем так, людей… отдать за вас жизни – добровольно, заметьте! Это был бы успех. А вы что сделали? Какие-то бои без правил с призовым фондом. И вот, пожалуйста, закономерный результат: денег оказалось недостаточно, чтобы биться по-настоящему, насмерть, ведь это не воины, не хищники, это крестьяне…

Дунин вздохнул.

— В общем, лишь из уважения к Аристарху Леонидовичу и Академии, работу я вашу приму, но оценка, увы, только удовлетворительная. Все, поедемте, у меня уже даже башмаки промокли!..

Я спустился первым; Граф слез из кузова вслед за мной и помог сойти Дунину и фон Зильберу. Ливень стал монотонным и явно собирался продолжаться всю ночь. Мы поспешили залезть в машину. Перед тем, как сесть в салон, я услышал крик Эльдара:

— Все из-за вас, баранов! Ни копейки никто не получит!

Обратно ехали в тишине. Герман Германович задремал и тихонько сопел во сне. Аристарх Леонидович, все еще немного бледный, сидел молча, глядя перед собой.

— Что с ними будет дальше? – спросил я.

— С кем? – не понял он.

— Ну, с людьми.

— А, с этими… Ничего не будет. Всех вернут в Анненбаум, погибшего, наверное, оформят как обнаруженного где-то в парке или на улице, да и дело с концом.

— Не опасаетесь отпускать просто так?

Аристарх Леонидович усмехнулся.

— А что они сделают? К милиционерам пойдут? Или в газеты? Не смешите. Максимум, это расскажут своим друзьям, таким же, как они сами, и в городе появится еще одна страшная байка про Усадьбу Сфинкса в дополнение к Белой Деве, проклятому кладу фон Зильберов и чудовищным жертвам генетических экспериментов. Помните, я говорил, что такое власть?..