Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
Я подумал, что не играли они по причине того, что Марта была прислугой, но промолчал. — Как тут было чудесно! – продолжала Машенька. – Усадьба очень большая, а в детстве казалась просто огромной! — В детстве – это когда? В прошлом году? Она в шутку ударила меня по плечу. — Очень смешно! Мы с Вольдемаром однажды заблудились на чердаке и смогли найти выход, только когда Обида Григорьевна принялась нас искать и звать. Тут столько всего: и скрытые боковые лестницы в башнях, ведущие к хозяйским покоям, и тайники в подвалах, и подземные ходы с галереями… Мне показалось, что Машенька осеклась. — Подземные ходы? — Ну я сама не видела, мне рассказывали, – быстро ответила она. – И окрестности! Мы с Вольдемаром бегали наперегонки по пустоши, пока с ног не падали от усталости, от Черного ручья до кромки леса – тогда еще не было никакой ограды, и границы территории определялись так, на глазок. И старое кладбище: помните, я вам про него говорила? Это кладбище тоже показал дедушка, и оно было нашим любимым местом для игр, а потом уже, когда с Вольдемаром мы перестали дружить, то только моим… — Вы с ним поссорились? Машенька помрачнела. — Нет, просто он в какой-то момент стал очень сильно меняться. Вдруг начал мучить животных: мог поймать, например, мышку, и держать ее за хвост над костром, можете представить себе? Или ловил лягушек, а потом со всей силой бросал их об стену, так просто, чтобы посмотреть, что с ними станет. Какие-то пытки придумывал, разные опыты: однажды налил большую банку водой доверху, засунул туда мышь, закрыл крышкой и стал смотреть, как она тонет. Из-за этого мы тогда подрались: я отобрала у него эту банку, разбила и, хотя ему уже было двенадцать, а мне только десять, схватила палку и надавала таких тумаков, что он убежал. Два раза Вольдемар чуть не спалил Усадьбу: однажды зачем-то поджег сухую траву на пустоши у Девичьей башни, но дядя Жора заметил, что огонь прямо уже на террасу ползет, и вовремя потушил, мы с Мартой ему помогали. А в другой раз устроил пожар в подвале, тогда всем пришлось выбегать из Усадьбы, даже пожарные машины приехали из Анненбаума. Никто так и не узнал, почему и как загорелось, но я была точно уверена, что это устроил мой брат. Потом уже в городе я его ловила на том, что он надевал мои платья… и не только платья – ужас! – Машенька прикрыла лицо ладошками. – Смотрел порно на моем ноутбуке: это выяснилось, когда я села уроки делать, а там во весь экран переливается, так сказать, всеми красками, баннер, а на нем такое!.. Вольдемар мне пригрозил, что, если я пожалуюсь папе, он скажет, что я сама это смотрю, и мне пришлось несколько недель пытаться разглядывать что-то на экране от этого баннера по бокам. А на нем еще и картинки ежедневно менялись! Она смущенно рассмеялась. — Не знаю, может быть, Вольдемар просто ревновал меня к дедушке. Мы были очень близки, он мне рассказывал о нашей семье, многому научил… На мой двенадцатый день рождения дедушка устроил совершенно фантастический праздник тут, в Усадьбе: я родилась 30 апреля, в это время года обычно еще довольно прохладно, но дедушка распорядился разжечь все камины, во дворе у нас были костры, много гостей, фейерверки! Он тогда подарил мне свой перстень – это реликвия нашей семьи, уникальная вещь, – как будто бы знал, что до следующего моего дня рождения не доживет. Дедушка умер здесь же, в Усадьбе, у себя в кабинете, где сейчас папины апартаменты, меньше, чем через два месяца после моего дня рождения. Это было ужасно, я плакала, кажется, весь оставшийся год… |