Книга Калинов мост, страница 75 – Екатерина Пронина, Александр Пронин

— Это Художник, Стрельников, запер меня здесь! – от волнения сбиваясь, зашептала Павла. – Это он развешивал по усадьбе хлам на ниточках. Он хочет убить меня, а потом всех вас! Он свихнулся: считает, что сторожит здесь призраков, а мы ему мешаем!

Митенька зажал ей рот ладонью. На перепачканном лице тревожно сверкали глаза.

— Потом, – тихо сказал он. – Ты как?

— Идти смогу.

— Инга и Егор сейчас отвлекают урода, а нам нужно выбираться!

Выскользнув из объятий Павлы, он быстро осмотрел глухие стены вокруг, разгоняя мрак огоньком свечи. Попробовал плечом запертую дверь, с сомнением взглянул на слуховое оконце под потолком.

— Павла, сможешь пролезть туда? Я подсажу! Юра ждет снаружи, он поможет.

Вскарабкавшись на подставленную спину подростка, Павла сумела дотянуться до слухового окна и отчаянным рывком втиснула в него голову и плечи. Жилистый и крепкий Митенька подтолкнул ее. Извиваясь, она полезла наверх. К сожалению, лаз был настолько узкий, что Павла почти сразу застряла. Камни стиснули ее со всех сторон. С ужасом она поняла, что ей не хватает воздуха, начала дергаться туда и обратно, а потом вдруг услышала скрежет и почувствовала, что теряет опору.

С грохотом и эхом, отразившимся от стен, Павла полетела вниз. Вместе с ней обрушился огромный кусок кладки.

Митя цокнул языком.

— Ничего не выйдет.

— Тогда придумай что-то другое! У Стрельникова нож, и он совсем рехнулся! Хочет зарезать меня на алтаре с пластиковой черепушкой!

— Алтарь, говоришь?

Заметив странную композицию, Митенька подошел к бочкам и откинул фату. Огонек свечи бросал отблески, наполняя костяные глазницы злым светом. Митя с любопытством взял череп в руки и повертел, рассматривая со всех сторон. Губы беззвучно зашевелились в молитве.

— Царица Небесная и святые угодники! – прошептал парень. – Он настоящий.

— Ты с ума сошел? – Павла застыла на месте, не в силах шевельнуться.

Она поверила сразу же. В словах Мити не было и тени лжи. Трухлявый желтоватый череп не мог быть бутафорией. Такого не делают в магазинах для розыгрышей. Художник что, еще и гробокопатель? Откуда он вообще взял его?

— Значит, Стрельников успел раньше нас, – сказал Митя печально. – Раньше нас нашел Ксению.

«И сошел из-за этого с ума», – подумала Павла.

Вдруг за дверью раздались торопливые шаги. Вернув череп на место, Митенька задул свечу и бесшумно растворился во мраке. Загрохотал засов. В погреб снова ворвался холодный электрический луч. Круг света скользнул по лицу Павлы, каменным плитам, бочкам и замер, наконец, на причудливом алтаре. Фата была сорвана. Митя не успел вернуть ее на место.

— Что ты наделала! – простонал человек в маске.

Он не отводил фонаря от скалящегося черепа. Руки тряслись.

— Ты разбудила Ее, несчастная дура! Неправильно, нельзя! Теперь она не уснет, пока не заберет кого-то!

Захлебываясь истерическими всхлипами, Художник бережно взял череп в ладони и упал перед алтарем на колени. Маска сползла с лица, обнажая белый лоб. Только сейчас Павла заметила, какие у него хрупкие, тонкие руки – руки творца, которые должны держать кисточку, а не раскладной нож.

В этот момент за его спиной вырос Митенька. Сжимая в руке обломок кирпича, он одним бесшумным прыжком преодолел разделяющее их расстояние и обрушил свое оружие на затылок сумасшедшего. Глухой звук удара – и Художник ткнулся лицом в пол. Маска раскололась надвое. Стрельников остался лежать без движения, все еще сжимая в руках желтоватый череп.