Книга Барби для Деревенщины, страница 3 – Татьяна Герасимова

С трудом разлепив отяжелевшие веки, ожидаю увидеть что угодно, но только не это. Прямо перед моим лицом, на расстоянии жалких пары сантиметров, находится огромный, пульсирующий нос, из раздувающихся ноздрей которого с шумом вырывается горячий воздух. А чуть выше располагаются два бездонных карих глаза, уставившихся на меня, словно на поданное на стол угощение.

Животное шумно выдыхает и снова высовывает язык, по размеру и текстуре напоминающий наждачную бумагу, намереваясь слизать остатки моего люксового макияжа.

— А-а-а-а-а! — оглушительный визг вырывается из моей груди прежде, чем я успеваю осознать происходящее.

Рогатое чудище шарахается в сторону, издавая своё возмущённое «Му-у-у!». А я, вскочив на ноги, путаюсь в подоле своего некогда безупречного фирменного платья, которое теперь покрыто пятнами сомнительного происхождения, и пускаюсь бежать, лишь бы оказаться как можно дальше от этого рогатого зверя.

Паника накрывает меня с головой, заставляя действовать на инстинктах. По пути я спотыкаюсь о какое-то железное ведро, чудом не падаю лицом в солому и пулей вылетаю из полутёмного сарая на ослепительный утренний свет, который бьёт в глаза и заставляет щуриться.

Но даже после всего этого я продолжаю нестись по двору, не разбирая дороги, гонимая своим необузданным первобытным страхом. И на полном ходу врезаюсь во что-то твёрдое, горячее, пахнущее древесными опилками, свежим ветром и терпким мужским парфюмом, в котором нет ни капли химии, а лишь один чистый тестостерон.

Сработавший инстинкт самосохранения заставляет меня сделать то, что я никогда бы не позволила себе, находясь в здравом расположении духа. Я буквально взмываю в воздух и запрыгиваю на руки к мужчине, намертво вцепляясь пальцами в его широкие плечи, ощущая под ними крепкие, напрягшиеся мышцы, мгновенно отреагировавшие на неожиданность.

— Спасите меня! Пожалуйста! Там... там дикий зверь! — кричу я, судорожно пряча лицо на груди высокого, мощного незнакомца.

— Ты что творишь, ненормальная?! — раздаётся над моим ухом низкий, хрипловатый мужской голос.

Его сильные руки инстинктивно обхватывают меня крепче, не давая рухнуть на землю, и я невольно ощущаю, как его пальцы впиваются в мою кожу сквозь тонкую ткань платья.

Поочерёдно открыв глаза, я чуть отстраняюсь от своего спасителя и медленно приподнимаю голову, сталкиваясь с пронзительным взглядом незнакомца, напоминающим серое грозовое небо.

Мужчина, на котором я повисла, словно обезьянка на высокой пальме, был возмутительно хорош собой. Острые скулы, волевой подбородок с лёгкой небритостью, тёмные волосы, растрёпанные ветром. Всё это по какой-то неведанной для меня причине делало его чертовски привлекательным.

— Какой еще зверь? — спрашивает он, пытаясь отцепить мои пальцы от своей шеи. — Это Милка! Корова моя! А вот ты кто такая и какого чёрта забыла в моём сарае?

Осознание абсурдности данной ситуации будто окатывает меня с головой ледяной водой, мгновенно отрезвляя и заставляя почувствовать себя полной дурой.

Я нахожусь неизвестно где, после ужасной ссоры со Львом, вишу на незнакомом деревенском парне и верещу из-за обычной коровы, мирно жующей сено в своём стойле.

Собрав все остатки своей девичьей гордости в кулак, наконец, разжимаю руки и пытаюсь грациозно спрыгнуть на землю. Но и тут меня ожидает неудача. Мои ноги разъезжаются в стороны, скользя по мокрой траве, и я чуть не падаю перед этим человеком на колени.