Книга Пленница его интриг, или как переиграть фаворита на его же поле, страница 81 – Есения Серафим

Рита возвращалась в свои покои с одной лишь мыслью переодеться. От неё явственно разило кислым запахом.

Но прямо в прихожей её ждал Сербан. Завидев испачканный подол её юбки, брат Марии Кантемир картинно, со смешком зажал нос двумя пальцами, шутовски кланяясь до самого паркета

— Оу, какое изысканное амбре от княжны! Неужто наш малолетний цесаревич так щедро поделился с тобой кулинарными излишками своего утреннего стола? Весьма монаршая милость, Мария!

Рита промолчала, хмуро на него глядя и пытаясь пройти мимо, но Сербан мгновенно растерял весь свой весёлый задор. Он сделал широкий шаг вперёд, преграждая ей путь. Его смазливое лицо исказилось в холодной усмешке.

— Мне срочно нужны деньги на игру. Открывай сундуки, Мария, и не вздумай упрямиться. А то ведь я давно присматриваюсь к тебе. После той болотной лихорадки у тебя напрочь выветрилась вся память. Ты не помнишь ни единого лица, ни наших Ясс. Да ты вообще ведёшь себя здесь совершенно иначе. Может, тебя подменили в том тумане? Ты ведь не настоящая Мария Кантемир, верно?

У Риты внутри всё похолодело. По телу прокатилась дикая волна страха, а сердце сделало панический кувырок.

«Господи... Как этот шут, этот карточный игрок умудрился догадаться?»— с ужасом подумала она.

Угрожать ему Меншиковым или Тайной канцелярией теперь было бессмысленно и опасно. У этого парня на руках был уничтожающий её компромат.

Она молча повернулась к ларю, достала тугой кошель и вытряхнула на столик увесистую горсть золотых монет.

Сербан довольно прищурился. С кошачьей ловкостью и грацией он в один миг сгрёб золото со стола, скользнул к выходу и растворился в полумраке коридора. Рита осталась стоять посреди прихожей чувствуя, как её крупно трясёт от запоздалого страха.

В сумерках заснеженного Летнего сада стояла морозная тишина. Начало декабря сковало Петербург крутыми заморозками. Под каблуками ритиных ботильонов хрустел свежий, налипший на гравийные дорожки снег, а с веток вековых лип с тихим шорохом осыпался иней.

Она куталась в подбитую соболем тяжёлую епанчу. Вышла она в надежде, что холод поможет ей сосредоточиться и привести мысли в порядок, но холод не помогал.

«Как решить вопрос с Сербаном? Шутник-брат подобрался слишком близко к тайне. Вдобавок вопрос с Иваном Долгоруковым оставался открытым, а времени на вывернутые маневры нет. Действовать надо немедленно, пока фаворит окончательно не разрушил здоровье Петра».

На крутом повороте аллеи, у заиндевевшей мраморной статуи, Рита едва не влетела в Рейнгольда Лёвенвольде. Граф медленно шёл навстречу. Меховой воротник его тёплого кафтана был припорошен снегом, а серо-голубые глаза хищно блеснули в сумерках.

В голове у Риты в эту секунду яркой вспышкой родилась безумная идея. Она поняла, как использовать этого человека.

— Какая неожиданная зимняя прогулка, Мария Дмитриевна, —версальским проносом протянул Лёвенвольде, останавливаясь в двух шагах. На его губах играла циничная ухмылка. — Зачем же морозить себя в такой час на аллеях? Неужто утренние заботы о государе оставили вам времени для отдыха?

Рита стойко выдержала его пристальный взгляд. От его опасной близости внутри мгновенно всё перевернулось, к щекам упрямо подступал горячий румянец. Сердце колотилось безумной птицей.