Онлайн книга «Жестокое сердце офицера»
|
Отец, как грозовая туча, растет на глазах всеми своими мышцами и широкими плечами. Ну каков привет, такой и ответ, папуля! — Женя, ты до греха не доводи. Я месяц почти без сна в поисках дочери. — Нашел? — Развожу руками, а потом подлетаю к двери и распахиваю ее. — Все! Молодец! Возьми с полки пирожок и иди спать! Спокойной ночи! Сладких снов! Сдуваю пружинистую прядь с лица и с вызовом смотрю на шкаф, который называется моим отцом. Еще немного, и комната заполнится черным дымом от его ярости. Я даже не представляю, каких ему сил требуется, чтобы проглотить мой тон. — Ты мне истеричку тут не включай. Налей отцу чаю и сядь поговори. Совсем уже охамела! — Это я-то охамела? Ты слово «пожалуйста» для приличия бы хоть произнес! — срываюсь на крик и тут же внутренне себя одергиваю. Слава богу, в блоке я одна, а блок мой в самом конце коридора. — Для приличия? На часах два часа ночи, о приличии она мне тут стелет, — кривятся его губы, а сильный палец начинает тыкать в стол. — Я мог бы быть поприличнее, если бы ты, сикилявка такая, не доводила своими выходками! Какого лешего я узнаю о том, что ты забрала документы с универа, от третьих лиц? Взрослая дохера стала?! — Он встает во весь рост, бросает свой пуховик на стол, и я немного оседаю от его чрезмерного присутствия в небольшой комнате. Но вида не подаю. Даже обуви не снял. Хам! — Или это благодарность за все, что я для тебя сделал? — Это ты для себя делал! Потому что я хотела другого! А ты давил, не слышал, игнорировал мои желания, контролировал каждый шаг, достал! — Голос срывается на эмоциях, и хочется расплакаться, но я запрещаю себе. — Все пихал меня в свою хирургию, а я не хочу людей резать! Даже ВУЗ выбрал ты, а не я! — Я выбрал лучший! — Вот именно — ты! Всегда ты! А меня нет! Я лишь прилагательное к твоему решению! Это вообще не здоровая тема, папуль, в курсе? Созависимость называется! Инфантилизация! И я устала от этого, ключи от квартиры вернула, — надламывается мой голос. — Не заслужила, не доучилась, поэтому вот! — Обвожу пространство рукой. — Как видишь, сепарировалась от всех твоих благ и как-то сама! — Сама она! — едко передергивает он. — Ты нахрена карьеру свою запорола? Я же тебе место подготовил в хорошо оплачиваемой клинике, поговорил за тебя, ординатуру бы проходила у лучшего специалиста! — Ага! — истерично смеюсь. — Знаю я этого специалиста, за него и замуж бы отдал! Удачненько, да? Поэтому для меня местечко там грели? Я ж товар, которым можно распоряжаться… — Отличный специалист, и мужчина надежный, с таким не пропадешь! И семья приличная! Или что ты хочешь? По миру пойти, как вертихвостка? Я же о твоем будущем забочусь! — стучит он кулаком по своей голове с проседью. — Вот именно! О моем! Моем будущем! Верно подметили, Дмитрий Анатольевич. Это мое будущее. Моя жизнь. Мое тело. — Тычу в себя. — Что хочу, то и делаю! Отец чертыхается и машет на меня. — Вот дура… — Ага. Вся в мать. Помню. Его аж перекашивает всего. Жилы на шее вздуваются. Ноздри подрагивают, как у быка перед красной тряпкой. Ну, тут переборщила… Только и виноватой мне побыть не дают. Сразу кнут и без пряника. — Ты за языком следи. Распоясалась, как девка базарная. Это месяц ты пожила на вольных хлебах? И язык уже, хоть йодом полощи! Иди лучше чемодан пакуй. Закончились твои приключения. |