Книга Жестокое сердце офицера, страница 149 – Маша Демина

Даже шапку забываю надеть, только когда мороз схватывает уши, достаю из кармана и нахлобучиваю. До госпиталя несусь как ненормальный, даже не чувствую забитых мышц, времени в обрез, а хочется с ней хотя б пару минут… да много чего хочется. Но сначала надо в рабстве отслужить.

Вижу низкое крыльцо под желтым фонарем. Влетаю на первую ступеньку, еще одну, а потом дверь распахивается, и я едва не валюсь вниз, воткнувшись в выросшую из ниоткуда массивную фигуру.

Оступаюсь, поднимаю взгляд и оступаюсь еще раз.

Потому что сверху меня расчленяет тяжелым взглядом двухметровая махина с плечами шириной в дверной проем. Я сначала не понимаю, почему ноги вдруг вросли в наст снега и я не могу ни шагу сделать.

На радостях, да и после долгой дороги не сразу соображаю, что мужик без шапки на морозе и с ходячими желваками на сжатых челюстях — это отец Красивой.

У нас с ним любовь с первого взгляда не случилась, а со второго, кажется, он хочет и вовсе меня закопать.

— Куда-то спешишь, лейтенант? — глухо роняет он, не собираясь уступать мне проход. Да пиздец…

Я ведь даже не помню, как его величать.

Шмыгнув носом, как истинный камикадзе, поднимаюсь на ступень.

— Разрешите пройти. У меня десять минут до наряда.

Пытаюсь обогнуть этот недружелюбный шкаф и делаю шаг в сторону — мне проблемы не нужны, уж точно не сейчас, — но дорогу мне, естественно, перекрывают.

Я относил себя подальше от проблем, но подальше относило меня обратно.

— Подождет твой наряд. Может, он тебе и не понадобится вовсе. — Он кивком указывает направление и спускается на меня с чистой, давящей мощью в голосе: — Пошли.

Ну охереть можно.

Смотрит вот этим своим взглядом, привыкшим ломать человеческую волю, но меня он будто хочет сломать в прямом смысле.

Воткнуться с ним сейчас ну никак нельзя. А хочется. Потому что подбешивает.

— Вынужден вам отказать. У меня задача поставлена: до госпиталя и обратно в часть. Задерживаться не имею права.

И всечь тебе тоже! Мудила старый!

Нервно дергаю челюстью, вытираю рукавом лицо, будто в жар бросило. Ну, адреналинчик-то точно въебал мне под дых.

Отец Красивой оскаливается, дергая распахнутые полы пуховика, а заодно демонстрируя вздутые вены на кулаках. Мне кажется, мои сейчас так сжаты, что я тоже раздуваюсь, как Халк.

Во-первых, я понимаю, что до Красивой уже вряд ли успею. Во-вторых, лоханусь перед капитаном. А в-третьих…

— Не рекомендую меня сейчас испытывать на прочность, Ярцев. Или ты сейчас молча идешь за мной, — нависает он своей внушительной фигурой, — или я дойду до твоего начальства и к вечеру ты поедешь служить к белым медведям на льдину.

Да че всем от меня надо-то?

Неадекватный папаша кивает мне вперед.

— Шагом марш. Поверь, парень, это в твоих же интересах.

Да твою мать! Отъебитесь вы от меня!

Сплюнув в снег, зло шагаю за отцом Красивой. Последняя фраза пиздец какая интригующая!

И конечно же… ХА-ХА! У меня реально сейчас случится истерический припадок смеха, потому что он приводит меня в рюмочную. Ту, блядь, самую!

Помещение маленькое, душное. И сегодня пустое. Но все равно накурено и воняет жареным луком. На обшарпанной стойке небольшой телек с музыкальной программой, туда же подходит Красивый. Меня передергивает от того, как это прозвучало в моей голове. Нет, лучше «отец Красивой». Он берет у буфетчицы графин с водкой. Прям дежавю!