Книга Семь причин не влюбляться, страница 117 – Янка Рам

Медсестра заносит пакет.

— Савельева, собирайся. Выписывают.

Кладёт мне бумаги на стол.

— А под лампами всё? Не надо больше?!

— Муж ваш этот аппарат домой купил. Дома светиться будете.

— Да?!

— Пиздец... - вытягивается лицо Леры. - Выписывайте меня тоже! Мы тоже купим. Что там надо подписать?!

Тут же звонит мужу.

— Венц!...

Тихо включаю музыку, чтобы не подслушивать их семейные споры.

Пока мне пеленают в персиковый кружевной комплект уснувшую Марусю, собираюсь. В пакете белое атласное платье, мои берцы и та самая многострадальная шубка Светы. Наверное, фотосессию задумали!

Хочется, красивой выйти. Он же опять приедет весь такой космический!

И Лера собирается тоже.

Куксится, глядя на то, как я крашусь.

— Ну что ты делаешь?! - закатывает глаза. - Вот так надо! Подходит, рисуя на мне скульптором линии.

Позволяю.

Раз уж есть душевный порыв у этой неопытной души, нельзя обрубать. Пусть уж...

— Растушевывай теперь. Вот такими движениями. Вытягивай вверх.

— Спасибо, - улыбаюсь я.

— А губы сначала консилером, потом пудрой. Потом карандашем, и потом уже кисточкой.

— Губы не буду...

Я рассчитываю на самые охрененные поцелуи от Космического!

Нас забирают одновременно. Внизу толпа.

Стас дарит мне букет, нежно прикасаясь к губам. И немного неловко... словно это какой-то новый виток нашей жизни, и нам снова надо друг друга узнавать.

— Люблю... - шепчет он, лаская мои губы своими. - Прекрасная моя...

— Прокурор наш... - шепчутся медсестры у меня за спиной. - Молодой такой... Вон его бывшая жена. А это... любовница. Офигеть...

Он закатывает глаза.

Хоть колечко я и ношу, но в загс до сих пор не дошла. Заявление мы подавали. Но не успели. Схватки начались...

Смеясь, целую его в губы.

— Ты как себя чувствуешь? - Уточняю у него. - Живой?

— М? - растерянно улыбается.

— Я просто так тебя костерила и проклинала на родах. Как бы чего ценного не отвалилось! - хихикаю над ним.

— Все на месте! - подмигивает мне.

— Мария Станиславовна! - выносят нам Марусю.

Он забирает аккуратно её из рук акушерки.

— Ну как ты берёшь?! Держи крепче! Наклони!... Вот так! Дай сюда! - оккупируют его Ивановна и Варвара Спиридоновна.

— Разберусь! - прижимает к себе дочку. - Дайте хоть посмотреть!

— Спит ребёнок, напугаешь! Не открывай, там ветер! - опять начинают наши "бабушки". - Сглазят! Не открывай! Вон как жена судьи-то зыркает!

Переглядываясь, смеёмся.

Нас фотают со всех сторон.

— Здравствуйте, Валерий Антонович! - делает он шаг в сторону бывшего тестя, протягивая ему руку.

— Здравствуй, Стас, - недовольно жмёт. - Ну и осла ты мне подсунул.

С досадой оборачивается на Венца.

— Я свое "ослом" от зари до зари. Отпахал по-честному, - с сарказмом улыбается Стас. - Теперь пенсия.

— Ты не осел, ты жук! Ты кого блять нам сосватал?!

— Побойтесь Бога, Валерий Антонович... Я к выбору Валерии касаний не имею! И вообще, я вас поздравляю с внучкой.

— Ну да... И тебя. Как здоровье-то?

Стас неопределенно вертит пальцами.

— Пока в седле.

— Ну... выздоравливай. Может, ещё и переиграем.

Отходит.

— Чур меня чур... - бормочет Стас.

Поворачивается ко мне.

— Ну что, гопница, поехали?

Выходим на улицу.

А там... на парковке у самого крыльца, та самая Феррари. Украшенная под свадебный кортеж. Как и тачки моих Тихомирова и Саянова.