Книга Кровавая жатва, страница 45 – Никита Кита

На пределах своих возможностей воин Роя тянул шею противника от себя и вниз. Клешня срезающая одним нажимом древесные стволы, изо всех сил пыталась прорезать кожу и мышцы ящера, но ей не удавалось!

«Да сколько же в тебе прочности, чёртова мразь!» — возмущался перерожденец, испытывая всю полноту ощущений сражающегося жука.

Упёршись четырьмя лапами, рептилия напряглась, изогнулась и всколыхнула всё своё тело, предпринимая попытку вырваться из железной хватки. В тот же момент выяснилось, что слону хватает сил и дальше удерживать ящерицу в клешне. Тогда Фёдор почувствовал что у его бойца всё же есть потенциал, чтобы справиться даже один на один. Носатый гигант выделил немного силикона прямо на стиснутых пальцах и приклеил буйного монстра к лапе, лишая того последнего шанса выскользнуть.

После нескольких рывков, динозавр понял, что у него не выходит освободиться и снова перешёл в нападение. Наседая на слизевика, он бешено ревел и тянулся мордой к его лицу. Напряжённой до предела клешне едва хватало сил сдерживать этот безумный натиск. Дрожащие жучьи лапы вспарывали почву, пока их хозяина теснили назад. Слону пришлось поддаться и несколько раз переставить ноги, чтобы не упасть. Дистанция между головами гигантов критически сократилась, и ящер принялся резко смыкать челюсти, пытаясь ухватить слизевика за хобот. Жук отворачивался и втискивал башку в плечи, насколько позволяла малоподвижная шея. Пасть свирепого зверя молотила воздух в считанных сантиметрах от жучьей рожи.

Стараясь пересилить оппонента, рептилия вздымала туловище и давила на него всем весом. Левая её лапа перестала скрести грунт и внезапно ударила слона в голову. Слуга прикрылся правой клешнёй, однако средний палец ящера всё равно достал до глаза и разодрал его. Отбросив конечность динозавра, слизевик попытался сам контратаковать свободной лапой. Хитиновая клешня и чешуйчатая кисть столкнулись во встречных ударах.

Толкаясь и царапаясь колоссы старались нанести максимальный ущерб друг другу. Их конечности по правую сторону от слизевика находились в постоянной борьбе за доступ к голове противника. То и дело кто-то пропускал вражеский выпад, в результате чего отрывался кусок хитина или вспарывалась толстая шкура. Глаз слона вытек ему под ноги. За считанные секунды половина жучьей башки оказалась подрана и смята. В то же время у ящерицы стало на один палец и ещё на одно нижнее веко меньше. В отличии от толстой шеи, эти части тела оказались менее устойчивы к нажиму клешни.

Кровь рептилии и гемолимфа насекомого смешались на дороге в один отвратный ручей.

Зелёная тварь внезапно подключила к схватке правую лапу и влупила ей по левой конечности слизевика — той, что всё это время душила её. Фёдор ощутил, как лопнуло что-то важное в плечевом сочленении насекомого, после чего левая клешня начала отделяться от жучьего туловища у самого основания.

«Сука-а!» — моментально осознал всю серьёзность ситуации парень. Проступившей из пор слизью он попытался тут же склеить почти оторванную лапу. Это, конечно, в некоторой степени помогло, однако ящер оставил свою кисть поверх плеча слона и продолжил давить на него сверху.

Залатанному суставу наносился всё больший урон, что вынуждало ослабевать и без того изнурённую клешню. Воспользовавшись этой слабиной, рептилия тотчас дотянулась и грызанула слона за длинный нос. Обезображенные дёсны сплющивали и жевали хобот, пока трепыхающаяся морда порывалась вырвать его из головы насекомого. В ту же секунду слизевик направил через основной канал щедрую струю силикона максимальной клейкости. Бело-прозрачная, вязкая субстанция хлынула из центрального жерла и из всех сквозных ранений хобота, залилась в пасть ящерицы, расплескалась ей на подбородок и губы. Всё это привело к тому что челюсти динозавра склеились, совсем как пару дней назад — разве что не так основательно, только по переднему краю.