Книга Кровавая жатва, страница 43 – Никита Кита

Ощущая, что у него не так уж много времени, пока враждебные существа ещё хоть как-то стеснены, Фёдор бросил все доступные силы в бой. Слизевики зависшие над местом сражения начали формировать в клешнях большие клейкие комки, которыми можно будет бросаться. Другие слоны производили длинные тросы с липким окончанием, чтобы цеплять их за рептилий, как поводки или арканы.

На фоне бойких подвижных ящериц склизкие здоровяки казались слишком медлительными и неуклюжими. Каналы, по которым циркулировала слизь, отягощяли каждую их конечность и каждый сантиметр громоздкого тела.

Первым, кого мыслительный центр решился посадить на землю, прямо перед взбешёнными гигантами, был конечно же третьеранговый слон. Из пор на клешнях и лицевого шланга он начал быстро выделять большое количество силикона, который тут же применял для создания огромного твёрдого шара.

Завидев перед собой наземную цель, на дистанции всего в двадцать метров, передний ящер рванул навстречу жуку, потянув за собой сородичей, три приклеенных к сети дерева и раскрошенные фрагменты ещё двух. Запутанный и склеенный, он в итоге оступился и упал, сделав не более шага. Однако, получив близкий ориентир для своей непомерной ненависти, впоследствии он начал вырываться ещё усерднее, хотя казалось бы, куда уж…

Перевернувшись на бок, динозавр принялся молотить лапами воздух, оказывая ударную нагрузку на слизь. В результате ему удалось разорвать пару канатов и освободить одну кисть. Платой за это стал вырванный из пальца коготь. Но как известно: любые ранения, кроме смертельных, не являлись для этих тварей останавливающим фактором.

Следующим движением хвостатый монстр поднялся на лапы и совершил очередной рывок. На сей раз он моментально сорвал со своей спины широкий пласт силиконовой решётки. На месте, где мгновение назад находилось клейкое вещество, Фёдор увидел кровящую кожу с содранной чешуёй. Выходит, отделяя своё броне-покрытие, ящерицы могли освобождаться от липучек слизевиков, оставляя поверх мышц некий слой эпителия… А чтобы полностью их освежевать, требовалось приклеить слизь повторно, на то же место, что было уже сложнее, учитывая проступившую кровь, которая нейтрализует часть клейких свойств спецвещества.

Все эти выводы пронеслись в голове матки за долю секунды. А кроме них появилось твёрдое осознание, что до жёсткой сшибки с ящером оставалось совсем ничего…

Шестиметровый жук поспешил закончить лепку гигантского кистеня* из слизи. Сделав шар твёрдым и негибким, он прикрепил к нему эластичный трос, после чего взялся раскручивать получившееся оружие клешнёй. По мере того, как гиря разгонялась и возрастала центробежная сила, слон удлинял силиконовую цепь, предавая всё больший движущий импульс своей булаве. В конце концов жук довёл длину троса до размеров превосходящих его собственное тело. Размахивание такой бандурой уже вынуждало воздух не свистеть, а греметь, в то время как громадному слизевику едва удавалось удерживать кистень одной конечностью.

*Кистень — старинное оружие в виде короткой палки, на одном конце к-рой подвешен на коротком ремне или цепочке металлический шар.*

Через две секунды после того как Фёдор почувствовал готовность нанести чудовищный удар, передняя рептилия, стоя на задних лапах, совершила финальный рывок, дарующий ей освобождение. Седло и сумки сорвались с её спины. На туловище и хвосте появилось множество участков с ободранной чешуёй. Были на них и крупные комки слизи, которые ящерица выдрала из сети. Намордник слетел с зелёной морды, на лету звеня кольцами лопнувших цепей. Одно нижнее веко оторвалось у самого основания, оставляя кровавую подводку под огромным жёлтым глазом.