Книга Кровавая жатва, страница 44 – Никита Кита

Как только передние конечности монстра коснулись почвы, он что есть мочи рванул вперёд. Разогретая борьбой со слизью рептилия в один миг высвободила всё накопленное в ней неистовство. Не замечая поваленного дерева на пути, она перемахнула через него, будто собака через бордюр. Это было разительно быстрее, чем другие нападения ящериц, виденные Фёдором прежде. Похоже, если хорошенько раздраконить этих тварей, у них срывало какой-то внутренний лимитер, и с переизбытком гормона ярости в крови они переходили в режим берсерка.

Изначально слизевик целился в голову противника, однако из-за неожиданно стремительного разбега, он промахнулся и попал в мускулистое плечо. Несмотря на это, воин Роя постарался вложить в удар всю мощь и весь вес своего гигантского тела. Огромный силиконовый шар, разогнанный до предела, влупил по рептилии с такой неимоверной силой, что раздался хлопок, похожий на маломощный взрыв.

Эффект от удара оказался ошеломительным даже для мыслительного центра. Динозавра смело в сторону и отбросило в лес. Своей бочиной он протаранил несколько деревьев, вырывая их с корнем и отправляя в падение. Ненадолго грохот от этого столкновения пересилил все прочие звуки в округе. Скрипела гнущаяся древесина и трещали, лопаясь, ветки. Гудела земля от приземления тяжёлых растений и тяжеленной туши. Пару десятков кустов срезало под корень, пролётом отправленного в нокдаун монстра.

«Вот это я понимаю удар!» — поразился собственной мощи Фёдор.

Вся энергия от раскрутка слизевого кистеня вошла в корпус здоровенной твари, поэтому сейчас силиконовая гиря лежала на земле неподвижно, а трос прикреплённый к ней болтался на клешне обвисший. Слизевик начал суетливо втягивать слизь в клешню, торопясь раскрутить оружие по новой. У Фёдора было стойкое понимание, что даже столь суровым попаданием этого врага не сразить. Подтверждая его опасения, уже через пару секунд ящер зашевелился. Пошатываясь, он поднимался на лапы и старался отыскать устойчивую опору на неровной поверхности из смятых растений. Встряхнув башкой, рептилия избавилась от эффекта оглушения, после чего вновь сфокусировала пустой бездумный взгляд на насекомом-переростке. На плече у неё появилась вмятина с кровавой гематомой. Бок, который тормозил собой полёт, покрыло множество царапин. В местах где отсутствовала чешуя, в коже позастревали щепки и обломки веток.

Не так рьяно, как в первый раз, но всё же довольно прытко, зелёный гигант разбежался и предпринял повторный накат. Не успевая закончить поглощение слизи, слон отделил булаву от клешни, освобождая для боя ещё одну функциональную конечность.

Для того, чтобы не проиграть борьбу в первую же секунду, Фёдору было важно совершить одно конкретное действие. И поэтому он сосредоточил на его исполнении всё внимание и всю концентрацию подконтрольного слуги.

В стремительном броске ящер вытянул морду и распахнул изувеченную пасть. Параллельно с этим, он вознёс левую лапу для рубящего удара когтями. В то же мгновение левая клешня мега-слизевика поймала его за широченную шею и со всей силы сдавила хитиновые пальцы с режуще-дробящими элементами. Толчок рептилии сдивнул слона назад, вынудив все шесть его ног прочертить борозды в земле. Усилием клешни жук не только остановил бросок ящера, но и затем оттянул его от своей головы. Левая лапа чешуйчатого монстра вынужденно опустилась на землю, ища опору. Сомкнувшиеся челюсти динозавра совсем чуть-чуть не дотянулись до лица слона, оставляя на его хоботе след от поцелуя кровящих дёсен.