Книга Рождество с подвохом, страница 114 – Вероника Хэли

«Хитрюга! – подумала Элли. – Такие мужчины, как Билл, всегда сочувствуют плачущим женщинам. Я так не умею». Она бросила разорванные листки бумаги и отпечатанные письма на стол Билла и плюхнулась в кресло, которое только что освободил клиент. Билл сел и уставился на двух женщин, не прикасаясь к бумагам. Харриет продолжала плакать. Шумно. Раздражающе.

Билл подтолкнул к Харриет коробку с салфетками и сказал:

— Ну все, все. Успокойся, Харриет. Тут не о чем плакать. Миссис Квик извинится за то, что расстроила тебя, и уйдет.

«Значит, я теперь „миссис Квик“?» – подумала Элли. Она наклонилась и начала разбирать разорванные письма, заставляя себя говорить будничным тоном.

— Перед тобой лежат фрагменты довольно ужасных анонимных писем, написанных от руки. А также блокнот, из которого вырвали бумагу. Как видишь, пятно на боковой стороне блокнота совпадает с пятном на некоторых листах. Вот список имен на листке бумаги, который был взят из того же блокнота. Список подписан именем «Джон», но почерк другой. Это писал Джон из благотворительного магазина, твой давний клиент. Думаю, в офисных документах есть образцы его почерка.

— Я никогда в жизни их раньше не видела, – сдавленным голосом произнесла Харриет.

— Думаю, это правда, – согласилась Элли. – Но вы все равно знали о них. Билл, я выяснила, что письма писала Сью, жена Джона, и вчера поговорила с ней. Сью призналась, что написала их, а затем попыталась напасть на меня. К счастью, в этот момент вернулся Джон и пообещал отправить ее на лечение. Сью угрожала, что «другие» доберутся до меня. Сегодня утром мне позвонил кто-то, изменивший голос и пригрозивший расправой.

— Подумать только! – по-прежнему враждебно ответил Билл. – Что ж, все это очень печально, но я не понимаю, зачем расстраивать Харриет, обвиняя ее в том, к чему она не имеет отношения.

— Конечно, не имею! – всхлипнула Харриет. – Эта женщина ненормальная.

— Тогда почему вы пытались уничтожить улики? – возразила Элли.

Билл поморщился.

— Хм. Харриет?

— Она сумасшедшая. В письмах написано, что это за женщина.

Билл наклонился, чтобы рассмотреть цветные клочки бумаги. Элли молча протянула ему напечатанные анонимки.

— Видишь ли, Билл, автор этих писем знаком с состоянием моих счетов. Кроме того, бумага необычная. Кроме вашего офиса, в округе ею пользуется только один человек. Шрифт тот же, что и у вас в документах. Кроме того, Харриет видели, когда она подбрасывала письма в мой дом. Я пришла сюда в надежде поговорить с ней без лишнего шума. Я не могу понять, зачем ей понадобилось посылать мне эти письма, хотя я уверена, что это сделала она и у нее есть какая-то связь со Сью… Иначе зачем бы ей пытаться уничтожить улики?

Повисла тишина. Билл словно превратился в камень. Харриет наблюдала за ним поверх салфетки.

«Я проиграла», – подумала Элли. Она чувствовала себя измотанной, но продолжила:

— Я не собираюсь обращаться в полицию по этому поводу. Не думаю, что Сью снова станет писать анонимки, она очень больна. Я пришла к Харриет, просто чтобы убедиться, что вся неприятная история на этом прекратится. Мне не нравится, когда мне угрожают или присылают восковых кукол, похожих на меня и проткнутых булавками. Мне не нравится, когда мне звонят и угрожают расправой. Мне не нравится, что моих друзей преследуют, а мою репутацию очерняют. Я просто хочу, чтобы это прекратилось. Договорились, Харриет? Меня бы устроило письмо с извинениями от вас, в котором вы признаете вину. Я намерена положить все в банк в качестве гарантии того, что это никогда не повторится ни со мной, ни с кем-либо еще.