Книга Тайна черного кеба, страница 81 – Фергюс Хьюм

Мисс Фретлби молчала.

— Я знаю, это серьезное решение, – сказал Фицджеральд, – оставить друзей, положение и… – добавил он с сомнением в голосе, – своего отца, но подумай, я же не смогу жить без тебя, подумай, каким одиноким я буду, блуждая по свету сам по себе. Но ты ведь не оставишь меня теперь, когда ты так нужна мне, ты поедешь со мной и будешь моим добрым ангелом в будущем так же, как была им в прошлом?

Девушка положила ладонь на его руку, посмотрела на него ясными глазами и сказала:

— Да!

— Господи, спасибо за такое счастье! – благоговейно произнес он, и снова наступила тишина.

Потом они сели и начали обсуждать свои планы, строя воздушные замки, как делают все влюбленные.

— Интересно, что скажет папа? – заметила Мэдж, теребя свое обручальное кольцо.

Брайан нахмурился, и в его глазах появилось мрачное выражение.

— Думаю, мне самому стоит поговорить с ним об этом, – сказал он наконец.

— Да, конечно! – с легкостью согласилась его возлюбленная. – Это чистая формальность, и все-таки не стоит пренебрегать ею.

— И где сейчас мистер Фретлби? – спросил Фицджеральд, вставая.

— В бильярдной, – ответила Мэдж, встав вслед за ним. – А, нет, – продолжила она, увидев отца на веранде. – Вот он.

Брайан не видел Марка Фретлби долгое время и удивился переменам, произошедшим в его внешности. Раньше его осанка была безукоризненной, а лицо выражало силу и имело свежий цвет, но теперь он выглядел старым и измученным. Среди его густых черных волос тут и там пробивались седые волоски. Лишь его глаза не изменились. Они были столь же проницательны, как и прежде. Фицджеральд прекрасно осознавал, насколько изменился он сам, он знал, что и Мэдж уже не такая, как прежде, и теперь не мог понять, неужели причиной таких изменений во внешности ее отца было то же, что изменило и их, – убийство Оливера Уайта?

Мистер Фретлби выглядел грустным и задумчивым, пока не увидел свою дочь.

— Мой дорогой Фицджеральд, – сказал он, протягивая руку, – вот так сюрприз! Когда вы приехали?

— Около получаса назад, – ответил Брайан, пожимая руку миллионера. – Я приехал увидеться с Мэдж и поговорить с вами.

— Что ж… – Отец обнял дочь за талию. – Так вот почему твое личико так порозовело, юная леди? – продолжил он, ущипнув ее за щечку. – Ты останешься на обед, Фицджеральд?

— Спасибо, но нет, – сказал Брайан поспешно, – мой костюм…

— Ерунда, – перебил его Фретлби гостеприимно, – мы не в Мельбурне, и я уверен, что Мэдж простит тебе твой наряд. Ты должен остаться.

— Да, оставайся, – умоляюще добавила девушка и легонько прикоснулась к его руке. – Мы не так часто видимся, чтобы я отпустила тебя так вот просто после получасового разговора.

Фицджеральд сделал над собой усилие.

— Хорошо, – сказал он тихо, – я останусь.

— А теперь, – продолжил Марк резким голосом, садясь в кресло, – когда вопрос с обедом решен, о чем ты хотел поговорить со мной? О твоей ферме?

— Нет, – ответил Брайан, прислонившись к колонне веранды, и Мэдж вложила свою ладонь в его руку. – Я продал ее.

— Продал! – повторил Фретлби ошарашенно. – Зачем?

— Я чувствую себя не в своей тарелке, и мне хочется перемен.

— Знаешь, нет ничего хорошего, – сказал миллионер, замотав головой, – в том, чтобы быть перекати-полем.

— Перекати-поле катится не по собственному желанию, – угрюмо ответил молодой человек. – Его вынуждают обстоятельства, которые ему неподвластны.