Книга Жатва, страница 104 – Лора Кейли

— Думаешь, они её не отпустили?

Аманда только пожала плечами.

— Мы найдём её, даже не сомневайся, – сказал Михаэль и приподнял дочь. Пусть этот кошмар останется для неё лишь сном.

Он прислушался к Эбигейл и вдруг ему показалось, что дыхание её будто ослабло, да и она словно стала слабей.

— Как она? – Николас увидел на столе в коридоре небольшую лампу и включил. Пространство осветилось тусклым светом.

— Ей нужно больше кислорода, – сказал Михаэль, – она так бледна.

Аманда подбежала к окну и открыла его.

Оглушающая тишина все ещё витала над городом.

— Никто нас так и не ищет? – спросила она.

— Скоро начнут…

Все началось в полночь, а именно без двадцати час. Аманда первая увидела огни на небе и услышала знакомый трескучий шум, будто разбивающий воздух. Вертолёты появились на горизонте, освещая своими прожекторами землю и каждый дом.

Николас Одли следил за ними и никак не мог сообразить, почему они не идут к тому дому, который они оставили им как приманку. Люди в камуфляжной форме осматривали каждый дом, полицейские проезжали по улицам, их было около десяти, по крайней мере, в поле их зрения, а что было там, в других районах, они даже не представляли. Хотя и без того всё стало понятно. Их окружили со всех сторон.

— Да их до черта, – сказал Михаэль.

— До черта, – вздохнул Одли.

Когда так долго держишь всех во лжи, когда созданный тобой мир – один сплошной обман, больше всего на свете ты боишься не мародёров или убийц, ты боишься тех, кто несёт в себе правду, которую ты скрывал.

«И это всё против них троих?» – не верила своим глазам Аманда.

— Пусть попробуют нас найти, – сказал Ник.

— Всё равно ведь найдут, – вздохнул Михаэль, поправляя локоны дочери.

Николас Одли лишь улыбнулся, но ничего не сказал. На него было больно смотреть. Всё время, что они были знакомы, Михаэль только и слышал, что о его жене: Нора сказала бы то, сделала бы это… А теперь он держал на руках свою спящую дочь, тогда как Николас не нашёл никого.

— А их только прибавляется, – вздохнул Ник протяжно, – значит, ты говоришь, она может быть в полицейском участке?

Аманда кивнула и подошла к мужу.

Эбигейл лежала у него на руках как младенец, а он убаюкивал её, как тогда, в первый год её жизни.

«Моя дочь, – повторила она про себя, – как же ты выросла, Эби». Это они украли дочь у неё, каждый её новый день, каждый новый год её жизни, все дни рождения, все праздники и подарки, которые она могла подарить, все улыбки и все тревоги, они украли всю её жизнь. Аманда сжала в руке пистолет и подошла к окну, нацелив его на одну из полицейских машин.

— Нет, – Николас схватил её руку, – ты только выдашь нас!

— Но чего мы ждём?

— Когда всё разрешится!

— Может, ты уже скажешь, какой у нас план?

Динамик радиоточки на одной из больничных стен зашипел раздражающим хрипом, а после издал такой же раздражающий писк, перешедший в знакомый голос:

— Мистер Линч, мистер Одли, мы не знаем, в каком вы здании, но, уверяю вас, нам потребуется не более часа, чтобы это узнать.

— Хольцман, чёртов ублюдок! – процедил сквозь зубы Михаэль. – Я его за версту узнаю.

Эти динамики кричали откуда-то эхом, Аманда не могла понять, почему этот голос лился с разных сторон, пока не посмотрела в окно: этот голос хрипел с каждой улицы, с каждого динамика на столбе. Аманда и не замечала их раньше.