Книга Жатва, страница 101 – Лора Кейли

— Я так не могу! – вдруг сказал Михаэль, смотря на хмурое небо. – Не могу сидеть просто так и ждать. Чего? Пока они нас найдут?

Они все думали об одном и том же – о спасении своих родных.

— Надо идти, – посмотрела на мужа Аманда.

— Ещё не совсем стемнело.

— А когда стемнеет совсем? Может, они тогда и придут? Может, они тоже ждут ночи!

— А ведь Аманда права…

На улице было подозрительно тихо, слишком спокойно для обычного дня. Сначала они шли перебежками, от дома до дома, от машины к машине, но когда стемнело совсем, выпрямились и пошли во весь рост, перебегая, обходя, огибая освещённые фонарями места. К счастью, мест таких было немного.

— Мы дойдем до больницы, схватим дежурного врача и узнаем, в каком отделении ваша дочь.

— Думаешь, врачи тоже из этих?

— В больнице не могут все спать. Кто-то должен следить за больными. А тот, кто не спит, не может не быть в игре.

Михаэль не был столь оптимистичен, но он также не понимал, где вся полиция, чёрт их дери.

— Ни одной полицейской машины…

— А полиция – это тоже часть города, я имею в виду, они здесь живут? – спросил Николас у Аманды.

— Живут, – кивнула она.

Хотя она уже во всём сомневалась. Может, и тот сержант, что вел её дело, был не из здешних. Может, поэтому он не хотел искать её дочь, так как знал, что она никуда не пропадала, что никто из детей никуда не пропал, потому что никто из них и не был ребёнком. Одни чёртовы куклы.

— Если полицейские – это часть города, – рассуждал Николас Одли, – значит, их тоже усыпили. Знаешь, как это бывает, тебе дают иллюзию власти: ты полицейский в городе, судья в городском суде, священник в церкви, а когда дело доходит до главного, тебя просто отключают. Потому что главные – те, кто над тобой.

«Те, кто над тобой, – повторила про себя Аманда, – те, кто склонился над клеткой с крысами. Она была одной из тех подопытных крыс».

— Пришли, – сказал Михаэль.

Перед ними стояло трёхэтажное здание, без проблеска света внутри.

Около больницы – припаркованные «Скорые», без водителей и врачей.

Двери закрыты.

— Сами закрылись? – подёргал за ручку Одли.

— Может, в больницу не пускают газ? – подумал вдруг Михаэль. – Пациенты, которые и так при смерти, от этого самого газа могут и не проснуться.

— Эти ублюдки могут сделать всё, что угодно. – Одли подбирал ключ из своей связки ключей. – Могут пустить газ по коридорам и не пустить в определённые палаты. Те, кто без сознания, и так ничего не сделают. Врачи тоже могут быть как обычные, так и подставные. О, кажется, получилось…

Замок щёлкнул, дверь открылась.

Тишина.

Они прошли стеклянную коробку, открыли вторую дверь, Аманда шла за мужем. Он держал пистолет наготове, прощупывая им пространство.

— Тихо!

Какой-то звук гулял по коридорам, будто детская машинка на пульте.

Николас выглянул из-за угла и тут же заглянул обратно.

— Это мини-робот на колёсах, – шепнул он, – с камерой наверху.

— Он знает, что мы здесь? – шепнула Аманда.

Одли только пожал плечами.

— Может, обычная камера и не подаст сигнал тревоги, а этот чёртов робот может и подать, – сказал он.

Шуршание механических колёс всё приближалось, робот встал напротив Михаэля, тот нацелил на него пистолет. Выстрел, ещё один. Робот издал пронзительный писк и задымился.

— Он же не успел послать сигнал тревоги, да?