Книга Найди меня, страница 35 – Энн Фрейзер

Дэниел снова посмотрел на развернутую бумажку, безуспешно пытаясь сориентироваться. Схематичный рисунок напоминал грубую карту сокровищ. Бен Фишер мог бы быть и поточнее, но это, возможно, тоже игра. Похоже на поиск спрятанных предметов.

Он сел в тень рядом с Рени и подал ей обрывок бумаги.

— Узнаете что-нибудь?

Она предложила ему воды. Пока он пил, она рассмотрела рисунок и показала на корявую пометку.

— Думаю, это валуны над нами.

— То есть это крест здесь рядом, верно?

— Недалеко.

Он отдал ей флягу.

— Если вы намерены вернуться сюда с поисковой группой, надеюсь, подготовитесь получше. — Она вынула из своего волшебного рюкзака пакет походной смеси и, зачерпнув горсть сухофруктов и орехов, протянула ему. Скорее всего, она готовила их сама.

— Благодарю.

Опершись локтем на колено и слившись с иномирным пейзажем, она сунула в рот кусочек сушеного ананаса.

— Странно. Даже сейчас, зная то, что мы все знаем, мне все равно трудно принять тот факт, что этот человек убивал, — проговорила она. — Ведь я же видела это собственными глазами, хотя и не понимала, что происходит. Он совершенно не вписывается в наши психологические портреты.

Он ответил осторожно, боясь, что тон следователя спугнет ее.

— Например?

— Например, в день Благодарения мы помогали раздавать продукты бедным. Причем это папа придумал, а мама поддержала. И он всегда давал деньги бездомным. Если замечал бездомного на улице, специально останавливал машину и выходил, чтобы дать ему денег. Помню, однажды мы вышли из продуктового магазина, и он отдал все, что мы только что купили, какому-то бродяге на углу. Его смерть оставит без ответа столько вопросов… Не думала, что буду так переживать по этому поводу.

Не такая уж редкость, когда убийца любит кого-то или что-то, но такие проявления человеколюбия, о которых она рассказала, действительно необычны.

— Может, он просто работал на публику, — предположил Дэниел. — Или и в самом деле испытывал нечто вроде раскаяния и старался заглушить его на свой лад. А может, ему это приносило наслаждение, как и убийства. Возбуждало те же мозговые центры и вызывало аналогичное удовольствие.

— Очень неплохая гипотеза.

Они ждали очень долго, но услышав гул приближающихся машин, Дэниел не обрадовался. Теперь, когда она оттаяла и стала ему доверять, ему хотелось продолжать разговор.

Наверху на плато хлопнула дверца. Дэниел вскочил и крикнул. Над краем обрыва показались лица, и через несколько минут техники с носилками заскользили вниз по крутому склону.

Как только они спустились, дело пошло быстрее.

Места самоубийств и предполагаемых самоубийств обрабатывались как места преступлений. Коронер, мужчина лет пятидесяти, констатировал смерть Бена Фишера. Группа криминалистов, двое мужчин и женщина, благоухающие кремом от загара, в темных очках и бежевых бейсболках, сделали записи и снимки. Кто-то спросил, можно ли унести тело, а другой надел пластиковые мешки на руки покойного, которые будут изучать на предмет частиц кожи и доказательств борьбы. Тело упаковали в черный мешок и наклеили штрихкод. Теперь, когда здесь были другие, Рени наблюдала молча, с непроницаемым лицом.

— Я бы хотел присутствовать при вскрытии, — сказал Дэниел, когда тело пристегнули к оранжевым носилкам, чтобы унести.