Книга Последнее, что он сказал мне, страница 95 – Лора Дейв

Внезапно до меня доходит. Николас рассказал свою историю не для того, чтобы представить себя в лучшем свете или найти со мной общий язык. Он сделал так, что я подвела разговор именно туда, куда нужно ему, и выплеснул на меня свой праведный гнев. Николас хотел, чтобы я прочувствовала вред, который Оуэн нанес ему, и осознала цену, которую мой муж заплатил.

— Думаю, больше всего меня поразило его ханжество, – признается Николас. – Итан прекрасно знал, что я делал и чего не делал для своих работодателей. Ему было известно больше, чем моим собственным детям. Частично потому, что он разбирался в шифровании и компьютерах. Частично потому, что мы с ним сблизились. Скажем так: кое в чем он мне помогал. Благодаря этому и смог мне навредить.

С Николасом сложно спорить. Он воспринимает себя хорошим семьянином, человеком, несправедливо пострадавшим. В Оуэне он видит предателя, виноватого во всех его бедах. Он настолько не прав, что переубедить его невозможно. И тогда я решаю пойти другим путем.

— Я не думаю, что вы не правы.

— Вот как?

— Единственное, что я знаю о своем муже наверняка, – ради семьи он готов на все. А вы и были ему семьей, поэтому он активно занимался тем, что вы ему поручили. – Я умолкаю. – Пока не решил, что больше не может.

— До того как Итан появился в жизни моей дочери, я проработал на своего нанимателя много лет, – замечает Николас. – У меня были и другие клиенты, кстати. И я продолжаю бороться за права обездоленных… Впрочем, вас вряд ли интересуют мои добрые дела.

Я молчу. Иного он от меня и не ждет. Николас хочет изложить свою точку зрения и постепенно подбирается к главному.

— В том, что случилось с Кейт, Итан винил меня и моих нанимателей, хотя те были ни при чем. Сама она работала в Верховном суде Техаса, с очень влиятельным судьей. Вы в курсе?

Я киваю.

— Да.

— А известно ли вам, что при нем техасский суд резко полевел и его голос неминуемо стал бы решающим в деле против крупной энергетической корпорации, второй в стране? Кстати, о настоящих преступниках. Эти джентльмены выбрасывали в атмосферу высокотоксичные отходы, причем такими темпами, что у вас глаза на лоб полезли бы, узнай вы подробности.

Он выдерживает паузу.

— Этот судья, шеф Кейт, готовил решение по делу корпорации. Оно привело бы к радикальной реформе и обошлось бы энергетикам примерно в шесть миллиардов долларов, которые пришлось бы выложить за новые природоохранные меры. На следующий день после убийства моей дочери судья нашел в своем почтовом ящике пулю… Что это, по-вашему? Совпадение или предупредительный выстрел?

— Трудно судить…

— А Итан решил, что судить легко! Он меня и слушать не стал. Я пытался объяснить, что люди, на которых я проработал два десятка лет, не стали бы трогать мою дочь. У них есть кодекс чести. Однако Итан не поверил, ему хотелось во всем винить меня. И еще ему хотелось меня наказать, будто я уже не был наказан! – Николас умолкает. – Ничего нет хуже, чем потерять свое дитя. Ничего! Особенно если живешь ради семьи…

— Понимаю.

— А ваш муж не понимал. Он так меня и не понял! – отрывисто бросает Николас. – Из-за его показаний я провел в тюрьме шесть с половиной лет – лишь бы не выдать конфиденциальную информацию клиентов. И мои работодатели это оценили – они продолжают проявлять ко мне щедрость. Хотя я отошел от дел, меня до сих пор считают членом семьи.