Книга Последнее, что он сказал мне, страница 42 – Лора Дейв

— Так вот почему ты сидишь в баре посреди ночи и смотришь на ее свинью-копилку?

— Возможно. И неуютно в незнакомой постели. Никак не могу уснуть. – Оуэн поднес бокал к губам. – Когда Бейли была маленькой – мы как раз перебрались в Сосалито, – она боялась ходить по пристани. Наверное, из-за того, что мисс Ханн поскользнулась, упала и едва не свалилась в воду прямо у Бейли на глазах.

— Какой ужас! – воскликнула я.

— Да уж, первые пару месяцев Бейли держала меня за руку всю дорогу от двери и до парковки. И постоянно спрашивала: «Папа, ты меня защитишь? Папа, ты не дашь мне упасть?» Такое чувство, будто дорога до машины занимала часов шесть, не меньше!

Я рассмеялась.

— Я просто с ума сходил! В сотый раз, идя черепашьим шагом через всю пристань, я сорвался. – Оуэн помолчал. – И знаешь, что было хуже этого? Наступил день, когда Бейли перестала бояться.

Я положила руку ему на локоть. При виде такой любви к дочери у меня сжалось сердце.

— Настанет время, когда я больше не смогу ее защитить, – вздохнул Оуэн. – Я даже не смогу сказать ей «нет».

— Тут я тебя понимаю, – улыбнулась я. – Ведь я уже сейчас не могу говорить ей «нет».

Муж посмотрел на меня и расхохотался. Моей шутке удалось развеять его печаль. Он поставил стакан и повернулся ко мне.

— По шкале от одного до десяти, насколько странно то, что я сижу здесь?

— Без свиньи-копилки? – уточнила я. – На двоечку или на троечку…

— А с копилкой? Я набрал баллов шесть?

— Боюсь, что да.

Он поставил копилку на пустой табурет и сделал знак бармену.

— Не могли бы вы приготовить для моей чудесной жены напиток по ее выбору? И чашку кофе для меня.

Затем он подался вперед и коснулся моего лба своим.

— Прости.

— Ничего страшного. Понимаю, тебе тяжело, но Бейли уйдет еще не скоро, – утешила я. – Она тебя так любит, что все равно останется в твоей жизни.

— Не уверен.

— А я уверена!

Оуэн продолжал сидеть, прижавшись ко мне лбом.

— Надеюсь, Бейли не проснется без нас, – заметил он. – Кстати, если выглянешь на улицу, то увидишь отель «Ритц».

Эленор Макговерн смотрит на Бейли поверх бифокальных очков.

— Давайте еще раз, – говорит она. – Что именно вы хотите узнать?

Мы сидим в кабинете Эленор в одном из старейших кафедральных соборов Остина. Ему больше сотни лет, и он всего в полумиле от стадиона, но самое главное в том, что из шести осмотренных зданий лишь оно показалось Бейли смутно знакомым.

— Мы ищем список свадеб, которые проводили здесь во время футбольного сезона две тысячи восьмого, – повторяет Бейли.

Эленор, дама лет семидесяти, футов шести ростом, смотрит на нас оторопело.

— Это гораздо проще, чем кажется, – успокаиваю я. – Нам нужен список свадеб, которые ваш пастор провел во время домашних матчей две тысячи восьмого. Нам не нужны свадьбы, проводившиеся в другие дни. Только совпадающие с играми «Лонгхорнов» на своем поле.

— Ах, всего лишь во время матчей двенадцать лет назад! Больше вам ничего не надо?

Я стараюсь не обращать внимания на тон Эленор, надеясь ее убедить.

— Смотрите, основную работу я уже проделала, – сообщаю я и кладу перед ней лист бумаги.

Я составила таблицу матчей «лонгхорнов» за весь сезон две тысячи восьмого и попросила Джул проверить ее в «Сан-Франциско кроникл», используя их базы данных, чтобы исключить вероятность ошибки и не пропустить ни одной игры. Осталось всего восемь дат. Малютка Бейли могла попасть на стадион с отцом всего в один из восьми дней.