Книга Лес Самоубийц, страница 97 – Джереми Бейтс

— Райское место. — Он затушил сигарету и тут же прикурил следующую. — И да, я убивал людей.

Я взглянул на Джона.

— Ты же это хотел узнать, так? Все именно об этом спрашивают.

— И многих? — спросил Томо.

— Двоих.

— Ты стрелял?

— Мое отделение патрулировало местность. Хамви, который шел первым, подорвался на мине. Это была ловушка. Мы попали под шквальный огонь. Я стрелял в ответ.

— Ты убил всех нападавших?

— Их было слишком много. Мы запросили помощь. «Черный ястреб» завис в пятистах метрах от нас, мы побежали к нему, стреляя во все, что двигалось.

— Страшно было? — спросил я. Мне действительно стало интересно.

— Да не успеваешь испугаться, — ответил он без напряжения.

— И когда это было?

— Несколько месяцев назад. — Он похлопал себя по левой ноге. — Схлопотал пулю чуть выше колена. Теперь сижу в Японии и не высовываюсь.

Джон Скотт вдруг выпрямился и посмотрел на нас с Томо с серьезным видом.

— Если кто-нибудь скажет, что я дал Бену грибы, — произнес он низким голосом, соответствующим важности заявления, — я, скорее всего, окажусь в здешней тюрьме.

Неожиданный поворот беседы застал меня врасплох.

— Это был идиотский поступок, я знаю, — продолжил Джон Скотт. — Я бы хотел все исправить. Но я не могу. И Бена не вернуть. Не впутывайте меня в это.

— Не имеет значения, что мы скажем, — ответил я. — Тебе следует поговорить с Ниной.

— Я поговорю. Завтра. Но ее будет легче уломать, если вы уже будете на моей стороне. Что скажете? Томо?

Томо промедлил.

— Я не знаю… Хорошо, чувак, я ничего не слышал.

Джон Скотт поглядел на меня.

Он, в общем, прав. Давать Бену грибы было большой ошибкой. Но можно считать это временным помутнением рассудка. Заслуживал ли он за это провести следующие семь или восемь лет в японской тюрьме?

— Чувак?

Я неопределенно пожал плечами.

Джон Скотт кивнул. Очевидно, даже такой ответ его устраивал.

Я не оборачиваюсь, но знаю, что они у меня за спиной. Всем знакомо это ощущение во сне. Я снова в пятом классе. Пацаны, преследующие меня — в седьмом или восьмом. Вожака стаи зовут Хьюберт Келли. Он живет на соседней улице, что означает постоянные встречи с ним по дороге из школы. Кроме этого, я знаю о нем лишь то, что он носит при себе пару бронзовых кастетов и любит издеваться над детьми помладше.

Больше года я с опаской ходил домой, не зная, ждет ли меня в этот раз расправа или нет. Важно было то, кто из нас идет впереди. Если Индюк Келли оказывался передо мной, я держался на расстоянии и оставался в безопасности. Время от времени он оборачивался, смотрел на меня, останавливался. Я тоже останавливался и стоял, не сводя с него глаз. Ему надоедало, и он продолжал путь. Все, однако, было иначе, когда он оказывался позади меня. В такие дни я постоянно был начеку. Тем не менее я был ребенком, часто погружался в грезы и понимал, что Келли приближается, лишь по звуку шагов за спиной. Индюк был гораздо старше меня, но при этом — медленный жирдяй. Я с легкостью убегал от него, если успевал вовремя стартовать. Даже если он меня нагонял, мне удавалось отделаться лишь парой синяков, ведь Келли не перед кем было красоваться в этот момент. Другое дело, если он прохлаждался с парой своих дружков — этих встреч я боялся больше всего. Оба — поджарые и быстрые, если им удавалось застигнуть меня врасплох, шансов убежать почти не оставалось. И они умели быть жестокими. Они садились на меня, били по лицу, рвали одежду. Когда я пытался ответить, они вмазывали мне так, что носом шла кровь.