Книга Лес Самоубийц, страница 23 – Джереми Бейтс

Потеряться в Лесу Самоубийц.

Мы с Томо вернулись к группе одновременно. Затягивая ремень, он похвастался, что его член успел вырасти с тех пор, как он в последний раз отливал.

— Ну и как ощущения от похода? — спросил я остальных.

— Я устала, — ответила Мел.

— Я голоден, — заявил Томо.

— Я устал и голоден, — резюмировал Нил.

Я кивнул.

— Давайте еще полчаса. Потом поворачиваем назад и перекусываем.

Мел посмотрела туда, откуда мы пришли.

— А ты уверен, что мы знаем, как вернуться?

— Я знаю дорогу, — ответил я.

— Потому что если вдруг мы сбились и пошли по кругу…

— Я знаю дорогу, — повторил я.

— Я думаю, мы всегда сможем докричаться.

Действительно. Если мы начнем звать на помощь, Джон Скотт и израильтяне, скорее всего, услышат нас и смогут найти. Или же Мел может позвонить Джону и попросить его покричать, чтобы мы смогли вернуться на их голоса. Хотя нежелательно было бы давать Джону такой повод над нами поглумиться. Но, как я считал, нам, скорее всего, не понадобится его помощь.

Мы продолжили наш путь в направлении, которое указывала стрелка.

Дорога пошла в гору, и я почувствовал одышку. Хорошо, что я бросил курить. В моей голове явственно звучал голос Мелинды: «Видишь? Я же говорила, что тебе надо бросать». Она всегда говорила что-то подобное. Если мы шли в ресторан и он оказывался хорошим, она заявляла: «Видишь? Я же говорила, что нам стоило сюда прийти». А если фильм оказывался увлекательным, я слышал: «Вот видишь! Я же говорила, что фильм интересный!»

Томо поднял какой-то длинный стебель, который тянулся так далеко, насколько хватало взгляда, и сказал:

— Пойдем по нему, тогда не потеряемся.

Но всего через пять метров он взвизгнул и отбросил лозу в сторону.

Я бросился к нему, уверенный, что его кто-то укусил.

— Что случилось, Томо?

— Он помочился на меня!

— Что?!

— Потрогай!

Я осторожно поднял стебель. Поверхность была сухая и шершавая.

— Там! — Он указал на кусок стебля чуть дальше от меня.

— Ага, вижу. — Пятнадцать сантиметров стебля было покрыто какой-то жидкостью. Больше мокрых участков на растении не было.

— Понюхай это!

Я понюхал лозу и почувствовал легкий аммиачный запах.

— Это пахнет мочой, — сказал я, обернувшись к Мел и Нилу. Те смотрели на нас, будто на пару говорящих обезьян.

— И что? — спросила Мел. — Какой-нибудь зверек…

— Ты видела тут зверей? — прервал ее Томо. — Где? Никаких зверей!

— И откуда это тут могло взяться?

— Я помочился на лес, лес помочился на меня.

— Томо, не неси околесицы, — фыркнул Нил.

— Это правда! Подойди и понюхай!

— Успокойся.

Томо обернулся ко мне и сказал:

— Попробуй это.

Я закатил глаза и двинулся дальше.

Лиана на нас помочилась? Что за черт…

Я размышлял о паранормальных явлениях. Лес, который завлекает обманчивым спокойствием людей и животных в самую чащу, а потом обгладывает их до костей. Если б я когда-нибудь взялся за написание книги, я бы назвал ее «Венерин лес» или «Чаща-мухоловка». Нужно придумать большое число персонажей, чтобы лес мог съедать их по одному. И протагониста, который выживет и как-то одолеет лес. Эту задачку я решить не мог: как можно победить целый лес? Пожалуй, только сжечь его дотла. Хотя, подумал я, если мой роман будет в жанре хоррора, то зачем вообще придумывать хэппи-энд?

Когда я устал развлекать себя подобным образом, я попытался сосредоточиться на окружающей обстановке. И вдруг начал думать о Гэри. Так всегда и происходило: Гэри заполнял мои мысли, когда я был наименее подготовлен к этому. Конечно, в первые месяцы после всего этого я думал о нем дни и ночи напролет. Но время имеет свойство притуплять боль. Ты никогда не сможешь забыть о смерти своего брата, ты никогда не сможешь принять это, но ты учишься с этим жить.