Книга Лес Самоубийц, страница 20 – Джереми Бейтс

— И что потом, Итан? Не можем же мы шляться по свету, пока нам не стукнет шестьдесят. Нам нужно…

— Повзрослеть, — закончил я вместо Мел.

— Я серьезно.

— Нам же только по двадцать шесть лет!

— Это ближе к тридцати, чем к двадцати.

— Это ближе к двадцати пяти, чем к тридцати.

— Все равно.

— Мы все еще молоды.

— Мы становимся старше. И что у нас есть? Ни сбережений, ни дома, ни… — Она осеклась на мгновение. — А что насчет детей?

Я сглотнул. Опять дети. Последнее время она все чаще говорила о них. Я бы хотел одного или двоих. Когда-нибудь. Я всегда думал, что этот вопрос можно отложить до тридцати лет, хотя и не знал, почему выбрал именно это число, наверное, потому что это было началом нового десятка. Я считал, что смогу выработать в себе готовность быть отцом к этому сроку.

— Ты хочешь детей сейчас?

— Скоро.

— Мы еще слишком молоды.

— Молоды, молоды… Ты всегда так говоришь!

— Ты знаешь, как трудно их содержать?

— Вот именно. Вот именно поэтому мы уезжаем из Японии. И именно поэтому мы не можем дальше скитаться по миру, как ты хочешь. Не с теми зарплатами, которые мы получаем сейчас. Нас все устраивает, потому что мы только кормим самих себя. Но как мы проживем с ребенком? Образование, одежда, еда, медицинские счета. В Штатах я смогу получить работу в Департаменте образования. У меня будет отпуск по беременности и социальные выплаты.

— Ага, и ты будешь жить в Калифорнии. Ты знаешь, насколько далеко Калифорния от Висконсина? Я с таким же успехом могу жить в Японии.

— Мы можем поехать в Сент-Хелину.

Сент-Хелина? Меня чуть не передернуло. Сент-Хелина — маленький городишко в долине реки Напы. Единственный повод для гордости у местных жителей состоит в том, что больше столетия назад Роберт Льюис Стивенсон однажды проехал через эту дыру со своей невестой. Я помню, как был поражен, когда Мел впервые озвучила идею поселиться там.

По моему глубокому убеждению, существует четыре типа людей, работающих в Азии преподавателями английского как иностранного. Во-первых, это молодые люди, которые хотят попутешествовать пару лет и заработать немного деньжат, прежде чем вернутся домой и займутся своей карьерой, о которой будут беспокоиться до конца своих дней. Во-вторых, те, кто здесь вступает в брак и остается на всю жизнь на правах экспата, возможно, время от времени летая домой для того, чтобы посетить чью-нибудь свадьбу, похороны или отметить Рождество с престарелыми родителями. Третий тип — авантюристы, которые в конце концов отказываются от хороших зарплат в Японии и Южной Корее ради более свободной жизни где-нибудь в Юго-Восточной Азии. И наконец, есть беглецы. Их название говорит само за себя: они убегают от чего-то.

Мы с Мел относились к этому последнему типу. Я бежал от воспоминаний о смерти Гэри, а Мелинда — от репутации своей семьи.

Ее родители развелись, когда она заканчивала Калифорнийский университет. Мать вскоре начала встречаться с другим мужчиной, и когда отец узнал об этом, он ворвался посреди ночи в дом любовника и задушил его пластиковым пакетом. Отца быстро разыскала полиция, и теперь он влачит свои дни в тюрьме Корконан, по соседству с Чарльзом Мэнсоном.

После выпуска Мел вернулась в Сент-Хелину к матери, но в городе с населением в пять тысяч человек убийство так и осталось единственным событием, достойным обсуждения. Мел не выдержала и уже через месяц улетела в Японию.