Книга Катакомбы Парижа, страница 119 – Джереми Бейтс

На одном из матрацев сидела тучная женщина, совсем голая. Ее огромные груди свисали до пояса, а живот, подобно переднику, лежал на коленях. Кожу ее покрывали струпья — одни исполосованные засохшими царапинами, другие сочащиеся свежей кровью. Она таращилась на нас, однако вряд ли ее сознание нас различало.

Еще двое лежали свернувшись калачиком на полу, — возможно, спали, — а прямо на нас шаркал старик с копной седых волос, щербатым лицом и перекошенным ртом. Расставив руки, он бубнил что-то совершенно невнятное.

Катя, однако, даже не обратила на него внимания — по-видимому, угрозы он не представлял — и быстро провела нас к арочному проходу, инкрустированному человеческими черепами. А потом мы торопливо двинулись по длинному каменному туннелю. И хотя мы по-прежнему находились в адском лабиринте глубоко под землей, тут я почувствовал себя свободным, как если бы мы бежали по полю со звездным небом над головой.

Мы вырвались.

— Куда теперь? — спросил я у Кати на первом повстречавшемся нам Т-образном перекрестке.

— Я не знаю, — развела она руками.

У Роба так и отвисла челюсть:

— Как это не знаешь?

— Так далеко я еще ни разу не забиралась.

Наобум мы выбрали левый путь, и Катя снова пошла впереди со свечкой, прикрывая ее ладонью от сквозняка. Метров через сто мы остановились опять: в левой стене чернела дыра «кошачьего лаза».

Я заглянул внутрь и заключил:

— Его прорубили вручную, как минимум расширили изначальную расселину. Так или иначе, зачем-то да напрягались, а значит, лаз куда-то ведет.

Роб кивнул:

— Возможно, как раз туда, куда нам и надо…

Его прервал пронзительный визг, в котором различались одновременно скорбь и ярость. Затем ему начал вторить другой, а потом еще один, и еще — и все такие же пронзительные и дегенеративные, что и первый.

— Они нашли Золана, — промолвила Даниэль.

— Золана? — ошарашенно переспросил я.

— Моего папу, — пояснила Катя. — Теперь они поймут, что мы их обхитрили и будут искать нас.

— Золан? — повторил я.

— Что ты такое несешь, Дэнни? — поддержал меня Роб.

Но тут по туннелям прокатился новый леденящий кровь вопль. Этот был ближе и доносился не сзади, а откуда-то спереди, как раз куда мы изначально и направлялись.

— Пошла! — прошипел я и пихнул Катю в «кошачий лаз».

* * *

За ней в щель полезла Даниэль, и я уже собирался забраться следом, как вдруг позади нас в туннеле показался свет. Он стремительно приближался к нам.

Роб тоже увидел его.

— Живо, бля! — рявкнул он и подтолкнул меня. — Шевелись, нах!

Я нырнул в дыру и принялся продираться вперед. Колени и руки мои бились о каменный пол, спина терлась о потолок, а плечи натыкались на неровности стен — и все же мне казалось, что продвигаюсь я слишком медленно.

Позади исторгся вой.

Роб вскрикнул. Затем заголосил:

— Этот пидор схватил меня! Не пускает!

— Бей его ногой! — прокричал я в ответ.

Он тут же врезался в меня сзади.

— Живее!

Я поднажал.

Впереди Даниэль вывалилась из дыры, следом кубарем полетел на землю и я. Затем вскочил и тут же развернулся, чтобы помочь Робу. В голове моей вихрем пронеслись мысли: нам придется занять позицию именно здесь, поскольку в этом месте они смогут пролезать лишь по одному. Тут им нас в жизни не одолеть. Мы перебьем их одного за другим…