Книга Машина чудес, страница 67 – Наталья Николаевна Александрова

И тут же снова увидел на прежнем месте кирпичный корпус института, и ту же вывеску у входа и даже разглядел едва заметные трещины на фасаде. Он бросился вперёд. И здание в то же мгновение исчезло.

— Да чтоб тебя… – прохрипел он, бессильно крутясь на месте, озираясь по сторонам и потирая замёрзшие уши.

Немного поразмыслив, он решил, что нужно просто идти в прежнем направлении. Пусть здания не видно, но оно должно быть на том же самом месте. Он решительно двинулся туда, где только что находился институт, и шёл несколько минут, но никакого здания по-прежнему не достиг. Таким образом он добрался до края поляны и остановился перед редкой порослью осинника с голыми, изломанными ветром ветвями. На одной ветке покачивалась нахохлившаяся взъерошенная ворона. При приближении человека она хрипло каркнула. Негодяй вздрогнул и словно очнулся.

В этот момент он услышал хруст снега, повернулся и заметил между деревьев человека.

— Ах, так ты здесь! – рявкнул он.

И разглядел старичка в поношенном, местами прожжённом ватнике, в валенках с галошами. Старик опирался на суковатую палку. «Профессор» вытаращил глаза.

— Это что за сказочный персонаж?! – невольно воскликнул он.

Старик молча приблизился к нему и уставился на незнакомца блеклыми подслеповатыми глазами.

— Ты что, как лось, ломишься? – спросил он строго. – Разве же можно по лесу так ходить? Лес, он такого не любит! По лесу нужно тихо ступать, аккуратно! Нечего зверей пугать.

Негодяй вытаращил на него холодные голубые глаза:

— Ты, дед, лучше меня не серди, я сегодня и так уже на взводе! Ты лучше скажи, что это за дом там, на поляне?

— Ох, напугал! – фыркнул старик и стукнул палкой. – Сердитый он! Вырядился, как клоун из балагана… Ботиночки – вообще одна видимость! Подошва-то небось как папиросная бумага? А про какой-такой дом ты спрашиваешь? Где это ты дом углядел? Тут километров на десять жилья нет!

— На десять километров? – опешил «профессор».

— Место это, милок, известное, называется Седьмое поле. А почему так называется, это ты меня не спрашивай. Всегда так называлось, сколько себя помню.

— Слушай, дед, – сказал «профессор», подпрыгивая на месте от холода и похлопывая себя руками по бокам, – а как мне отсюда выбраться? Неужели десять километров топать придётся?

— Нет, почему десять?

— Меньше? Ну, слава богу!

— Почему меньше? Десять – это только если напрямки, через болото. Но ты тропинки не знаешь, а болото наше даже в лютую стужу не замерзает. Ты, мил дружок, в своих городских ботиночках ни за что не пройдёшь, так что тебе в обход идти придётся, а это уже все двадцать километров будет! – Старик повернулся и уверенно зашагал своей дорогой.

«Профессор» невольно двинулся за ним.

— Эй, постой! – крикнул он. – Дед, а есть здесь дорога нормальная, чтобы такси вызвать?

— Чего? – Дед остановился, поглядел через плечо насмешливо. – Такси-и? Эвон куда хватил! Такси ему подавай! Нет здесь никакой такси, не ездют сюда машины, понял?

— Ну, может, автобус ходит?

— Автобус? – Дед оживился. – Автобус ходит!

— Где?

— А везде! – Дед заулыбался беззубым ртом. – Где стоишь – там он и ходит! Одиннадцатый маршрут называется! – Дед потопал ногами в валенках с галошами, повернулся и скрылся в осиннике.

Надежда утомилась ждать Михаила.