Книга Тени теней, страница 86 – Игорь Шанин

— Ты стал какой-то другой, — говорю. — После вчерашнего.

Сильное Максимово сердце бьется прямо под моими замерзшими пальцами. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Гладкая кожа греет руку как раскаленный на солнце камень, но сам Макс выглядит прохладно-отрешенным.

— Ты видел там меня? — догадываюсь. — Что-то плохое, да?

Багров вздыхает:

— Я там видел много всякого. Но тебя не было. Только демон говорил о тебе.

— Что говорил?

Он медленно гладит меня по волосам, глядя куда-то в сторону.

— Что ты не любишь меня. Любишь мою красоту. Но не меня. Он сказал, всю жизнь люди будут любить только мою красоту. А когда ее не станет, больше никто не будет меня любить.

Рассматриваю его безупречно гладкие щеки. Сколько пройдет лет, прежде чем их безнадежно изуродуют морщины? Сколько времени осталось до появления плеши среди густых черных волос? Возможно, очень много, но это обязательно случится. Рано или поздно. Тогда я, такая же ничтожная и старая, уже не захочу лезть к нему руками под куртку. А он не захочет гладить мои волосы.

— Это правда? — спрашивает он, наконец решившись посмотреть мне в глаза.

— Не знаю. Сейчас мне нравится, что ты рядом, но что будет через много лет… Разве ты любишь меня не за то, что я красивая? Когда я стану старой каргой, ты также захочешь, чтобы мы были вместе?

Макс не сомневается ни единой секунды:

— Конечно! Ты смешная и хорошая. Вечно из-за чего-то паришься, тебя постоянно надо успокаивать. А еще слабая, тебе постоянно надо помогать. Кто это будет делать, если не я? Я хочу всегда носить тебя на руках и помогать разбираться со всякими заскоками... Вроде того, что сейчас происходит.

Внутри все одновременно темнеет и светлеет с каждым новым словом. Я рада слышать все это, но не могу ответить взаимностью. Я люблю Багрова не потому, что он какой-то особенный, а только потому, что большой, сильный и красивый. Я выбрала его по тем же критериям, по каким самки выбирают самца в дикой природе. Это все инстинкты, да и только. Ничего возвышенного и прекрасного.

— Поэтому дело совсем не в красоте, — заканчивает Макс.

И он действительно в этом уверен. Насмотревшийся красивых фильмов и выросший на историях о Ромео и Джульеттах, он с радостью додумал, за что еще меня можно любить, кроме красоты и молодости. Для него это все искренне и по-настоящему, хотя на самом деле мы любим друг друга на равных. Только благодаря инстинктам.

— Если бы я была косоглазая или, например, без носа и ушей, ты бы никогда не посмотрел на меня, — отвечаю. — Тебе было бы все равно, какая я хорошая и беспомощная. Понимаешь, о чем я?

— Возможно, — тянет он неуверенно.

Усмехаюсь, прижимая Макса к себе. Согревшаяся рука переползает под курткой с его груди на спину, я осторожно касаюсь кончиками пальцев лопаток и позвонков. Сильное сердце теперь бьется под моей щекой. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

— Это все неважно, — говорю. — Какая разница, что произойдет через много лет? Рано об этом думать. Прямо сейчас мне хорошо с тобой, а тебе хорошо со мной. Вот и все. Не будем усложнять.

Его руки обнимают меня за плечи, и я наконец чувствую прежнюю нежность. Хочется, чтобы так было всегда.

Опустив взгляд, замечаю маленькую рыбешку, любопытно мечущуюся на мели у берега. Почти бездумно поднимаю другую руку, не ту, что под курткой у Макса. Будто кто-то тянет за веревочку. Ладонь сжимается в кулак, и я чувствую, как что-то скользит меж пальцев. Как шелковая лента, только совершенно невидимая.